Альтернатива, март 1992 г., N 5

Валерия Новодворская

Россия - царство мертвых

Когда после 70-летнего перерыва в обескровленной, интеллектуально и нравственно, стране стали по складам вспоминать названия былых политических партий; когда из черной тоталитарной могилы вырыли воспоминания о политической жизни; когда из музеев стали вытаскивать исторические роли и примерять на себя исторические события, выяснилось, что старое платье новому поколенью не по плечу. Первое, что бросается в глаза, когда листаешь нашу перестроечную действительность, это деградация хотя бы по сравнению с уровнем 1990 года.

Деградация, Вырождение. Можете ли вы себе представить сегодня, как действовали и жили люди, не сломленные 70-летним кровавым прессингом, не лишенные самости, честные и прямые в своих желаниях - как хороших, так и дурных? Эти люди выходят из "революционных" романов, хроник, мемуаров и старых кинолент, их голоса срываются на запредельных нотах, их простодушие и открытость сродни чистоте, они ограниченнее нас, но все, что они делают, - это всерьез и смертельно.

Ни до Февраля, ни после невозможна была такая ситуация, когда двор или Временное правительство, или Керенский посылают работать в охранку одного либерального интеллигента, в полицию - другого (как у нас Севастьянова в Московское УКГБ, Мурашова - в ГУВД), и они идут беспрекословно. Вы можете себе представить Милюкова или Чернова в верхних эшелонах полиции или, тем паче, охранки! И я не могу. У русского либерала, и вообще у российского интеллигента, было свое кастовое достоинство. Я уже не говорю об аристократах. Тот, кто шел в охранку или полицию, порывал с образованным и либеральным обществом навсегда. Это у нас деклассированность дошла до того, что сегодня либерал, а завтра - держиморда, и без тени сомнения.

Можете ли вы себе вообразить такую ситуацию: Февраль, Революционное правительство ставит своего человека (Савинкова, скажем) во главе охранки, как у нас поставили Бакатина. Охранка создает общественный Совет или комитет по связям с общественностью (как у нас УКГБ Москвы) и туда входят Спиридонова, Ленин, Бухарин (как у нас вошел С.Ковалев). Этого не было, потому что в Феврале была Революция. А у нас это есть, потому что никакой революции в августе не было. Все очень просто. Сталин преуспел: он сделал из нас винтики тоталитарного механизма, и несмотря на свои пышные речи, демократические притязания, все до одного депутаты и "формальные" деятели Совдепии функционируют в качестве этих винтиков, а раз машина общая, почему бы и не охранка. Юродство наших социал-демократов, демороссов, дэдээровцев, либералов Советского Союза, христиан с депутатскими значками протекает из их уродства, духовного и интеллектуального убожества. Времена эсдеков и эсеров - легендарные времена, времена титанов по сравнению с жалкими сегодняшними фигурами, не имеющими никаких убеждений, кроме жажды личного благополучия.

Интересно, кто у нас выпадет в осадок, если подсчитать, сколько "демократов" сейчас занимаются политикой по убеждению? Эсеры, анархисты и эсдеки не делали себе карьеру (за исключением одного Ульянова), они шли на каторгу за идею, все они были с безуминкой подлинного фанатизма. Они действительно были изгоями, еретиками и инсургентами. Они подожгли свой дом, и он сгорел дотла, и они не успели вынести добро и разбудить детей, но это была не игра, грязная, мелкая игра в политический преферанс по копейке ради телекамер и почестей, а зачастую и спецзаказов. Я очень не люблю В.И.Ульянова, он писал статьи и книги, и публикуя из, не прибавлял рецензий на самого себя. Что же сказать об известном радикальном неформале, бывшем политзеке, великом ненавистнике Ульянова, который уже отдал в типографию книгу из 220 страниц, где его статей - 30 страниц, а остальное - заметки и публикации о нем самом в советской печати?

Они, наши предшественники, называли себя людьми партии, но выбирали ее, как жену - на всю жизнь. Посмотрели бы они на нас. Из КПСС - в демократы... в либералы... в христиане... В начале века партийная принадлежность была судьбой, идеалом, жизненным выбором. В конце века она становится источником дохода и актерством.

А рабочее движение? В начале века рабочие шли от экономических требований к политическим с истовой серьезностью. А когда дошли, от лозунга "Долой самодержавие!" их уже ничто бы не заставило отказаться. А у нас политические требования шахтеров о ликвидации союзных структур и отставке Горбачева были видом политической проституции - за скорейшее удовлетворение экономических требований. То есть, их сознательно обменяли на семь процентов с оборота. Это даже не продажа первородства за чечевичную похлебку, а декларирование мнимого первородства ради нее.

Исторические трагедии России повторяются в виде фарсов, анекдотов и дешевых мелодрам.

У власти не хватает духу на злодейства, у народа - на ненависть, у демократов - на бунт и честные революционные намерения. Наша борьба с властью похожа со стороны на охоту полудохлой кошки за полудохлой мышью. Кошка не в силах поймать, мышка не в силах убежать. Верхи не могут и низы не могут.

Наши доморощенные фашисты - Жириновский и Ко - не страшат, они у нас сходя за артистов эстрады, вызывая смех до колик, Если бы Гитлер работал так же несерьезно и так наплевательски бы относился к делу вырабатывания опиума для народа - век бы ему власти не видать.

И фашисты у нас бездарные, и гэкачеписты бездарные, и оппозиция такая же. Не то страшно, что у нас все институты ненастоящие, выборы, парламенты, президенты; не то ужасно, что политическая жизнь у нас ненастоящая, ведь настоящие люди могли бы переделать ненастоящую жизнь. Беда в том, что люди у нас ненастоящие, хуже оловянного андерсеновского солдатика, который, хотя бы стойко стоял на одной ноге.

Наше царство теней хуже Аида. В Аид попали после жизни, а не вместо жизни.

Сегодня Россия - это Царство мертвых, не способных воскреснуть, ибо они не жили никогда.