Новое время #46, 2005 г.

Валерия Новодворская

Франко-персидские войны

Те же французы говорят: Cherchez la femme. Но мир меняется, «фемины» в нем уже не котируются как главный побудительный мотив. Даже во Франции. Однако что-то поискать надо, иначе у нас получится, что в XXI веке выходцы из стран Магриба решили устроить Реконкисту наоборот, причем начали не с Испании, откуда их когда-то изгнали Фердинанд и Изабелла. Или собрались заново догонять Роланда и Оливье, причем даже не в Ронсевальском ущелье, а прямо в сердце бывшей империи Карла Великого.

По крайней мере, по всей Европе журналисты и министры трубят в рог Олифант и призывают на помощь. А кого они зовут, не понятно. Потому что Европа не понимает, что происходит.

Политики мечутся от кнута к прянику: то вывести войска, то удвоить пособия. Уже договорились до цивилизационного конфликта. Повторение метафизического выбора: Запад или Восток. Греко-персидские войны V в. до н. э. Или Пунические, начавшиеся в III в. до н. э. Рим или Карфаген? Афины, Спарта или Персия? Первой у этих новых Фермопил храбро встала ныне покойная Ориана Фаллачи. Я прочитала ее страстные филиппики (а нарушение правил толерантности и политкорректности в Европе требует очень большого мужества) о завоевании исламом Западной Европы, и они мне убедительными не показались. Хотя мы с ней видели в Европе и, в частности, в Италии одни и те же картинки.

И я видела в Германии странные, закутанные в какие-то саваны женские фигуры. И я видела в Париже целые арабские улицы. А в Марокко и на пароме через Гибралтар удалось заприметить только две женские фигуры в европейском платье с непокрытой головой, и молодой гид, получивший образование в Сорбонне, с досадой говорил, что женщины давно могли бы снять платки и балахоны, никто их не принуждает в таком виде ходить, а они сами не хотят переодеваться: замуж не берут. И молодой прогрессивный король подумывает о том, чтобы запретить эти платки в публичных местах, как когда-то в Турции.

Но религия здесь ни при чем. И всегда была ни при чем. Прямо-таки с греко-персидских войн. Нет свидетельств, что Ормузд и Ариман и вообще зороастризм имели хоть какое-то отношение к нашествию персов. Персы и вовсе бы на Элладу не пошли (слишком бедный регион), они ведь и не собирались, а только потребовали символически от Лакедемона (Спарты) «огня, воды и земли», то есть признания номинальной власти Ксеркса. Но гордые эллины справедливо возмутились и даже убили послов (что, может, было излишне), утопив их и закопав («вот вам, персам, земля и вода»). А дальше уже, понятное дело, была война. Фермопилы. Марафон. Саламин. И политическая победа Запада. Военно-политическая победа Эллады. Но ни Афину, ни Зевса, ни Артемиду греки персам навязывать не стали.

С Пуническими войнами еще очевиднее. Весь сыр-бор разгорелся из-за Испании: кто ею будет владеть, Рим или Карфаген? Ганнибал в Италию Молоха не прихватил, он, похоже, был атеистом вроде своего отца Гамилькара Барки. Шла битва не за религиозную идею, а опять-таки за политическую: каким будет мир? Третья Пуническая решила вопрос. Мир стал римским, с сенатами, с выборами, с легионами, с водопроводом, с античными ценностями, с римским правом. И статуя императора, начиная с Октавиана Августа, с успехом всех богов и заменила. Культ государства и государя. Этатизм. Но с сенатом и куриями, хотя уже и без форума.

Так что ислам здесь ни при чем. Если и есть для арабской культуры на Западе какое-то заветное место, какая-то реликвия, то она не в Бельгии, не во Франции, не в Германии. Это Испания. Андалусия: Гранада, Кордова, Севилья. Сады Альгамбры. Я это видела. Это действительно их артефакт. Изабелла и Фердинанд действительно были фанатиками. Изгнание мавров (арабов) из Испании и дальнейшие инквизиторские разборки были чудовищной несправедливостью. Варварство военщины и монахов изгоняло культуру, изысканную и прекрасную. Но ведь не Кордову осаждают. Почему? Задавался ли хоть один журналист этим вопросом?

И еще одно очень важное соображение. Не в исламе берут начало неевропейские особенности «арабского» поведения. Мир видел и видит цивилизованный ислам: те же рыцарские турниры и любовные приключения Кордовы и Севильи времен халифата, турецкие нравы после Ататюрка (вполне европейские костюмы женщин; а в платке в парламент даже не пустят; Ататюрк же и вовсе к смерти за фески приговаривал), европейское обличье египетской интеллигенции, и женщин в том числе; чеченские свободные правила гардероба и поведения до смерти Джохара. А если порыться в христианских источниках, то мы найдем уйму запретов, которые давно никто не соблюдает в современной Европе, в США, в Канаде, кроме отдельных сект и монашеских орденов. Про свое православие я уж и не говорю. Есть возможность ходить в платке, в длинной юбке, поститься чуть ли не треть времени, не смотреть телевизор, не ходить ни в театр, ни в кино.

Видно, дело не в религии, а в интеллекте верующего и в культуре поведения последнего. Турецкие женщины в Германии кутаются в длинные балахоны и платки? Так у себя в Турции их соотечественницы носят европейское платье. Француженки арабского происхождения во Франции требуют себе платок на митингах? Так в Египте их сестры ходят в шелковой прозрачной косыночке или даже без нее. Нет, здесь приоритеты экономические. Живи Ориана Фаллачи во Франции, она еще не то бы написала. Так почему Франция стала первой на линии огня, на линии катастрофы? «Ищите экономику».

Есть во Франции такая штука: allocations familiales. Государство оплачивает содержание каждого ребенка, платит и за его обучение в лицее. Условие одно: не оставаться «на второй год». Даже отличником не надо быть для такой стипендии. Многодетная арабская семья с низким уровнем запросов неплохо живет на семейные пособия, не ища работу, не утруждая себя, не повышая квалификацию. Вот эти-то детишки, родители которых из стран Магриба явились за французской социалкой, и поджигают сейчас машины. Бесплатный сыр завел их, как водится, в мышеловку: в гетто, которое они сами себе устроили. Египетская, турецкая, тунисская, марокканская элиты получают образование во Франции и находят на родине престижную работу. Тот, кто ищет легких путей, едет за халявой, за настоящими реликтами социализма, которые никому не приносят пользы, которые только развращают иммигрантов. Давая даром, людей отучают от усилий, от той же интеграции в европейскую культуру, от повышения образовательного уровня. Франция стала первой, потому что давала халявы больше всех. К тому же у власти там (в парламенте) побывали коммунисты и социалисты, сделавшие французскую рабочую неделю самой короткой на Западе. Это разорило многие предприятия, которые переехали в Восточную Европу и Испанию, в Испанию же и Польшу с Чехией поехали не только бизнесы, но и рабочие места. В Испанию мигранты стремятся гораздо меньше, несмотря на сады Альгамбры: там такой социалки нет. И «мультикультурное» общество тоже миф. Культура в XXI веке не предполагает хиджабы, паранджу, кольца в носу и ритуальные татуировки.

Не советую заговаривать о лесных духах и тотемных пиршествах с Кондолизой Райс и Колином Пауэллом. Европу может погубить только социалистическая утопия, а она не имеет отечества.