Новое время #38, 2005 г.

Валерия Новодворская

Когда наступает сентябрь

У всех революций: бархатных, оранжевых, розовых и поющих бывает скучный и прозаический финал. Это если речь идет о благополучнейшей «буржуазной», то есть демократической революции. Бывают же и другие, одна из них, наша, Октябрьская 1917 года, была похуже Тунгусского метеорита. Скажем, ее можно сравнить только с тем небесным телом, которое изменило наклон земной оси и уничтожило глобальным похолоданием изнеженных и малосимпатичных динозавров. Хотя в нашем случае динозавры, к сожалению, выжили. Именно и преимущественно они. Вот такая катастрофическая революция заканчивается совсем не скучно. Здесь такая романтика, что только держись: глад, мор, ревтрибунал, гильотина или расстрелы, гражданская война, террор. Как раз тот вариант, о котором мечтает Эдуард Лимонов («У нас была великая эпоха»). Очень сценично. Не дай Бог оказаться на сцене, когда идет такой спектакль. А вот «бархатные» и «оранжевые» должны закончиться тишью и гладью (вы помните, конечно, две самые масштабные, грандиозные и удачные: фламандскую и американскую). За тишью и гладью (которые столь любимы бизнесом и инвесторами) при большом старании и упорном труде рано или поздно придет благодать.

Все чинно и буднично, остается черновая экономическая работа. Выше стропила, плотники! Капитализм строится медленно, по кирпичику, если речь идет о противоестественном возврате от ухи к живой рыбке. На вопрос: «А покушать когда же?», – либеральное государство неизменно отвечает: «Как потопаешь, так и полопаешь». И не дождавшиеся бесплатного сыра граждане начинают резво ловить мышей и кушать за свой счет.

Этот же тривиальный путь предстоял и Украине. Бесплатные обеды и бесплатные бутерброды, апельсины и блюда из прогрессивного фешенебельного ресторана могли быть только на Майдане в разгар революции. Наши демократы тоже хлебнули разных деликатесов, передач из посольств, щедрот от кооператоров и бизнесменов, а также доброхотных даяний граждан в виде горячей картошки и огурчиков в августе 1991- го и октябре 1993-го. Могу засвидетельствовать, что октябрьскую колбасу из французского посольства я больше никогда уже в руках не держала. А после победы всем предстояло вернуться на постсоветское пепелище и начинать «делать жизнь», то есть карьеру и фортуну. Студенты должны были вернуться к своему небогатому пайку, рабочие – к поискам другой работы, ибо и на Украине, и в России было полно нерентабельных шахт, заводов, контор и целых подпольных городков, связанных с «военкой» (Арзамас-16, Красноярск-22 и т. д.), которые надо было закрывать, а кадры – перепрофилировать. Интеллигенции предстояло выживать, искать свое место под солнцем и где-то изыскивать средства на издание просветительских журналов, честных и идейных газет, на авангардистские спектакли и постмодернистский кинематограф. Художникам, скульпторам, архитекторам предстояло самостоятельно искать заказы, платить за мастерские и себя кормить. Социализм давал ошейник, но отмерял пайку, а капитализм исключает и то, и другое. Лично я вернулась к докторской колбасе, а испанская или итальянская перепадают мне по очень большим праздникам и не каждый год.

Постапельсиновые страсти в Киеве, по моему глубокому убеждению и наблюдениям украинских журналистов, очень радикальных и очень «оранжевых», имеют под собой вполне реальную подоплеку, причем концептуальную и серьезную. Кто- то делит и пытается переделить собственность, это само собой. Но это не интересно тем, кто пошел на Майдан по идейным соображениям. У них-то собственности такого рода не было и не будет. Да и аргументы сторон – как Юлии Тимошенко, так и Виктора Ющенко – очень идеологичны. Свободная от собственности интеллигенция обсуждает мировые вопросы: 1. Кто прав? Либерал Ющенко или радикалка Тимошенко? 2. Можно ли национализировать собственность без суда на том основании, что она в руках у плохих людей и плохих патриотов? 3. Можно ли укреплять безопасность Украины, забирая собственность у «голубых» и отдавая ее «оранжевым»? 4. Является ли благом для народа ничем не обеспеченная раздача пенсий и пособий? 5. Что больше любят деньги инвесторов – тишину или громкие поиски коррупционеров, которые слишком мало заплатили за свой заводик, так что надо у них его отобрать и отдать тем, кто заплатит больше?

Вот подводные причины отставки Юлии Тимошенко, вот о чем она все время спорила с президентом Ющенко. Оставим на время соображения о пиаре, о парламентских выборах, о том, что выигрыш здесь сулит место премьера, а с 1 января премьер будет иметь полномочий больше президента. Займемся идейной подоплекой. Аргументы и действия Юлии Тимошенко в краткий период ее премьерства были нам, уже все проигравшим российским демократам, очень знакомы. Мы ходили этими путями и пришли к разбитому корыту. Возжаждавшие социальной справедливости демократы швыряли в Чубайса ваучеры, а забота о нравственности олигархов и борьба с «бандитским капитализмом» дали Путину аргументы и платформу для ареста юкосовцев и конфискации «ЮКОСа». На чем кончился капитализм вообще. Пристрастие же к немедленному повышению пенсий, зарплат и пособий привело к падению правительства Гайдара, к левому повороту в Думе, к избранию Путина; то есть бесплатный сыр, за которым гонялось общество, привел в мышеловку, где сыра не оказалось, зато клетка присутствует. Проволока, клетка, намордник, крюк.

Никогда еще конфискация собственности по идейным соображениям никого к процветанию не приводила. В Латвии не стали отбирать собственность у русских (а у них самый крупный бизнес) на том основании, что у них мало латышского патриотизма и они – агенты Москвы (как «донецкие»). Дж. Вашингтон после победы не стал отбирать землю у тех американцев, которые воевали за англичан. Вильгельм Оранский не разорял монастырей, стоявших за Испанию. Раздача благ населению всегда и везде развращала и приводила к инфляции или диктатуре.

Премьер-министр не должен быть комиссаром, действующим на основе революционной целесообразности. Если Пинчук – бандит, то надо не посылать войска к нему на предприятие, а доказать это в суде. А аргументы о «враждебном окружении» и «кольце фронтов», оправдывающие любые действия, мы слышали раньше. От твердых ленинцев. А когда на замечания Бориса Немцова, за которым стоит гайдаровский институт, идет реакция Верховной рады: «Гнать его в шею», – это уже совсем советская реакция.

У Виктора Ющенко мало шансов победить в противостоянии с Юлией Тимошенко. Нет харизмы, косы, темперамента, здоровья. И народ он ничем не подкармливает. Но он прав.