Новое время #2, 2004 г.

Валерия Новодворская

Ответ один – отказ

Хайдеггер определял экзистенциализм как умение без предвзятых планов воспринимать медленно открывающуюся суть бытия и отдаваться ее воле. В экзистенциалисты невзначай и вопреки своей воле попали в этом черном избирательном сезоне демократы. После того как Кремль и избиратели на паях вычеркнули и социал-либералов, и правых либералов из списка думских «живых», было уже не до разногласий в стане погорельцев. И первое, самое простое, решение – это было на президентских выборах сложиться на единого кандидата. Желательно на свеженького, новенького, не запылившегося, потому что все политтехнологи и журналисты сошлись на том, что ужасающие результаты выборов – это следствие усталости электората от постоянно мелькающих у него перед глазами Явлинского, Гайдара, Чубайса, Немцова, Хакамады. Какой у нас эстетически озабоченный электорат, оказывается! И так новенького полно: внове, что после Августа-91 можно судить и сажать честных бизнесменов (старый режим кончился на аресте бизнесмена Тенякова и вернулся окончательно на аресте Михаила Ходорковского), разорять свои же компании, выключать на полуслове телевизионные каналы, жить под сталинский гимн, и каждый день какой-то шаг вниз и назад... Прямо напомнили «Крысолова» Марины Цветаевой: «Поминай, друзья и родичи! Подступает к подбородочку... Мутер, ужинать не зови! Пу-зы-ри».

Уже запрещают нонконформистские учебники, а здесь этакий постмодерн: желание увидеть новые лица. Даже не новые программы! Костюмы, прически, улыбки, тембр голоса... Это же главное для спасателей тонущего корабля. Двенадцать лет эти однообразные либералы – Гайдар, Чубайс и Ко – пытались спасти страну, которую в начале 1990-х вытащили из омута. А теперь, оказывается, они устарели. Причем не идеи, а люди! Не модные они. Здесь можно было бы поинтересоваться, а почему чехи так долго держались за своего старомодного Гавела, а французы – за де Голля? Но послушные молве демократы не стали справляться ни о чем у журналистов, а пошли искать нечто молодое, свежее и единое. И нашли... молодого Рыжкова. Человек он, спору нет, западного плана и хорошо образованный, и вкусы у него либеральные. Только ведь сейчас должность единого антикремлевского кандидата демократов требует умения идти на грозу, а у В. Рыжкова в прошлом были такие эпизоды, что от ДВР он даже заслужил за малодушие и переход из лагеря в лагерь неполиткорректное прозвище.

Однако СПС с «Яблоком» кандидатуру согласовали, и это уже было великой победой над однообразным демократическим меню последнего десятилетия, состоявшим из одного блюда по имени Григорий Алексеевич. Но не успело зайти солнце, как согласованный Рыжков отрекся от будущего престола, то есть мученического венца. Сказал, что еще не готов. По Чуковскому: «Мы врага бы на рога бы, только шкура дорога, и рога нынче тоже не дешевы». Судорожные поиски следующего колобка по пустоватым демократическим сусекам увенчались кандидатурой В.Лукина. Тоже человек отменно образованный, из хорошей «яблочной» семьи. СПС смиренно согласился на этот вариант, и Борис Немцов даже заявил, что готов рассматривать и другие «яблочные» кандидатуры, ибо так демократам на роду написано, чтобы кандидатов в президенты от демократических сил из «Яблока» выбирать. Но демократическая общественность возроптала, потому что у В.П. Лукина заслуженная репутация пусть мягкого, но государственника. Многие, в частности Л. Баткин, сказали, что голосовать за него не будут ни за что. Тогда демократы пошли по миру, выбирая себе жертвенного агнца на алтарь заранее проигранных президентских выборов даже не из политиков, а просто из хороших людей. Но хорошие люди тоже не шли в сети.

Юрий Афанасьев оказался в больнице; у В. Буковского не было российского паспорта. До Г. Каспарова не достучались, до В. Войновича не дозвонились. Николай Федоров не жаждал. В последнюю минуту возникла Большая Тройка из Шендеровича, Киселева и Венедиктова. Заодно возникли вопросы: как собрать эти миллионы подписей, если СПС реально может дать 500 тысяч, а «Яблоко» – 200? Кто даст огромные деньги на то, чтобы попортить нервы нынешнему президенту без всякой надежды пробраться в следующие? А потом из Кремля поступили агентурные данные (у демократов всюду глаза и уши) или произошла сознательная «утечка»: добрая, сострадательная власть согласна осушить слезы демократов, ей позарез для легитимности выборов нужен демократический кандидат, и она, власть, не остановится перед любыми расходами: и подписи соберет, и деньги из бюджета выдаст.

Теперь штирлицы из СПС точно знали, что делать. Демократическое совещание (неполное, но с «Яблоком» и с наименее лояльными к власти участниками) собралось в Сахаровском центре по тревоге, как на чердаке у Тимура и его команды. Перед участниками лежал ночью заготовленный документ под названием (впрочем, потом снятым): «Против реакции, против тоталитаризма = против всех». И речь пошла уже о неучастии в выборах. Назавтра собирался съезд «Яблока», где бледный и прекрасный Явлинский у стены с партийным натюрмортом, как у тюремной стенки перед расстрельным взводом, будет наизусть цитировать этот документ: ничего у нас нет, ни правосудия, ни свободы печати, ни честных выборов, так что никаких вам кандидатов. Раз власть на пари раскрутила шарик наоборот, демократы ушли в диссиденты, как Владимир Кара-Мурза, ушедший в котельную (и попутно на «Эхо-ТВ»). При советской власти мы на выборы не ходили и сейчас не будем, пока просвещенный либеральными изданиями народ не соберется под наше святое знамя. А вместо кухни есть Сахаровский центр (Елена Георгиевна прислала факс: она за бойкот). В грозном заявлении даже был пункт о том, чтобы любого, кто посмеет выставиться якобы от демократов, считать соучастником Кремля в деле имитации выборов.

Кстати, насчет фальсификации на думских выборах – это не выдумка: Борис Немцов раздобыл протокол одного из московских участков: выдано меньше 1200 бюллетеней, а за партии проголосовало 1800 избирателей. И подписи, и печати, вроде бы так и надо. А в провинции что? А в тюрьмах? А в Чечне?

«Яблоко» и СПС обнялись у края братской могилы демократии. Наконец-то им нечего стало делить, наконец-то они полюбили друг друга. Значит, как советовала Цветаева: «Отказываюсь – быть в Бедламе нелюдей, отказываюсь – жить с волками площадей». Словом, «на твой безумный мир ответ один – отказ».

Единственный предмет спора: полный бойкот или голосовать против всех. Но и здесь власть нам оказывает гуманитарную помощь: недавно президент заявил, что бойкот – глупая и вредная вещь, что это может взорвать страну. Значит, бойкот лучше. Демократы теперь на верном пути. Они уходят из Египта. А если кто-то предпочел остаться – как Ирина Хакамада или Павел Крашенинников, – это их сугубо личное дело.