Новое время #12, 2003 г.

Валерия Новодворская

Хорошие новости для Министерства Любви

В России бюрократия всегда находилась в состоянии судорожного поиска оптимальных механизмов, которые бы ей позволили, наконец, всех «разрулить», всем управлять и со всеми управиться. В идеале контролировать следовало всякую подотчетную «тварь Божью» и всякий процесс, даже процедуру смены дня и ночи. Одним из устроителей этого «нового порядка» считался Николай I, который доводил регламент до мыслимой и немыслимой тщательности, граничащей с маниакалом. В результате этого «присмотра» такое бесхозное дитя, как армия, осталось настолько без глаза, что случился позорный разгром в Крымской войне. Проиграли, как говорится, с большими силами и на своей территории. Пришлось срочно проводить реформы. Александровские, и вроде бы помогло: русско-турецкие войны оказались успешными.

Сыск, досмотр и контроль, как оказалось, не могут заменить свободное развитие. Прославился администрированием и Павел I: «Впредь вальс в домах не танцевать, впредь Машками под страхом палок не сметь ни коз, ни кошек звать» (К. Симонов). Здесь регламентация закончилась еще печальнее: царь, следивший за всем, не уследил за собственными убийцами.

Такими же тщетными оказались и директивно-административные меры Хрущева (за исключением десталинизации, которая отвечала глубоким потребностям страны и духу времени). Кукуруза, несмотря на указания сверху, не выросла за Полярным кругом. От слогана «Догоним и перегоним Америку по количеству мяса, масла и яиц на душу населения» продуктов больше не стало, их становилось все меньше и меньше, пока в Новочеркасске из-за ставших недоступно дорогими мяса и масла не пролилась кровь... Освоение целины привело к тому, что Нечерноземье перестало родить хлеб и обезлюдело.

Все административные потуги, все управленческое рвение в России кончались проторями и убытками. И многие, слишком многие, почти все, считают возвращение в материнское лоно ФСБ ФАПСИ и пограничников чем-то вроде очередной административной нелепицы. Даже приводят примеры. Это, мол, совнархозы вместо министерств. Как когда-то при Хрущеве слили воедино образование, здравоохранение, культуру, сельское хозяйство, машиностроение по территориальному признаку. Но посмотрите, как счастливы «органы», как сияют их лица. В Америке говорят: «Что хорошо для General Motors, то хорошо и для США». Мы же могли бы сочинить другое изречение, со знаком «минус»: «Что хорошо для ФСБ, то плохо для России».

Вспомним, как это было, как Дракона пытались порубить на кусочки, чтобы уменьшить его мощь и силу зла, от него исходящего. Потому что совнархоз из спецслужб – это плохая идея. В открытом обществе не следует умножать тайны и объекты секретности без явной к тому необходимости. Зачем помещать в мертвую зону, недоступную общественному контролю (а в этой зоне всегда находилась и сейчас находится наша тайная полиция), пограничную службу? Если нет замысла когда-нибудь опустить железный занавес и никого лишнего не впускать (и тем более не выпускать)?

Кто, собственно, мешал пограничникам и ФАПСИ выполнять их функции (в пределах конституции) по отдельности? Значит, зачем-то это им нужно. И как же они негодовали во время расчленения и как обрадовались сейчас! Какой безошибочный инстинкт! Основной и безусловный!

Основной инстинкт всех спецслужб мира – это прятать все концы в черную дыру. Но только тоталитарные режимы умеют это делать вполне. И посттоталитарные, по старой памяти. Наша черная дыра называется государственная тайна. В этой черной дыре сейчас сидит Игорь Сутягин, из нее с трудом выбрались Валентин Моисеев и Григорий Пасько. Вот вам свеженькие, тепленькие примеры современного антиконституционного мракобесия, полулегальной инквизиции, которая уже противозаконна, но, как в «Процессе» Кафки, убивает, калечит, ломает судьбы.

Возможно, Григорий Пасько и Валентин Моисеев и добьются чего-нибудь в Страсбурге. Но ведь для нормальной человеческой жизни придется в этот самый Страсбург и переехать. Никогда больше в этой стране Григорию Пасько не быть военным корреспондентом, Валентину Моисееву – дипломатом. Как не быть бы химиком Вилу Мирзаянову, если бы он не переехал в США.

Если вспомнить все занятия ФСБ с 1994 года (когда закончилась демократическая «разрядка»), то получится интересная картина. 1. Вербовка «чеченской оппозиции» в армейских рядах (Российской армии!) для предвоенного рейда в Чечню. 2. «Шпионские» процессы. 3. Дело Алины Витухновской. 4. Дело автора статьи о разжигании розни между «русскими» и «советскими». 5. Странные «учения» в Рязани с мешками гексогена в подвале жилого дома.

А если перечислить то, чем ФСБ заняться не удосужилась, то выйдет еще интереснее. 1. В 1993 году «органы» устранились от противодействия красным погромщикам в Москве. 2. «Органы» не разглядели чеченскую «выездную бригаду», груженную взрывчаткой и автоматами и следующую курсом «Норд-Ост».

Укрупнять их – это не реорганизация. Это реставрация.