Новое время #15, 2002 г.

Валерия Новодворская

Стены, которые мы выбираем

"О, Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с мест они не сойдут, пока не предстанет Небо с Землей на Страшный Господень суд"... Никогда еще это не было так верно и так безнадежно, так больно и так навсегда, как на зимнем экране этого года, позднем зимнем экране, почти весеннем, но холодном и нерадостном, прямо как у Хемингуэя, называющего это время "обманной весной". Обманная весна в Париже, где Отар Иоселиани задумал и снял большую часть фильма "Разбойники" и где французская бригада франко-японско-китайского фильма "Император и убийца" писала свою часть сценария, которая потом не состыковалась с японской, а японская не состыковалась с китайской. Обманная весна - это когда по всем историческим, политическим, экологическим законам зимы быть уже не должно, но она возвращается не вовремя, не в свою эпоху, и кажется, что это навсегда. Реставрация зимы - возможно это или нет?

Необратима ли весна? Собственно, оба фильма об убийцах и оба фильма о разбойниках. Разбойники у Иоселиани - это совсем не абреки и уж тем более не кунаки, не идейные макизары типа Дата Туташхиа, не робины гуды, не Карлы Мооры. Все гораздо страшнее. В системе координат Иоселиани разбойник скорее палач, чем романтический изгой. Присвоить себе право на жизнь и смерть ближнего своего, убивать беззащитных - значит стать палачом. И не в том соль, что без суда. Никакой суд не сделает легитимным убийство человека человеком. Именно так мыслит воин- стоик, переквалифицировавшийся по идейным соображениям в ремесленника из фильма "Император и убийца". Госпожа Чжао, принцесса царства, которое скоро будет завоевано Циньским государством, уговаривает его убить императора Цинь Шихуанди. Он чудовище, изверг, он тиран. Основания есть. Но потенциальный киллер отбивается как может. Он знает, что, убив, сам станет таким же, как его враг. И только в конце фильма, увидев трупики детей, заживо закопанных по приказу императора, дрогнет и пойдет убивать. Император, завоевывающий Китай сначала по идейным соображениям, дабы осчастливить и защитить, а потом из корыстных соображений, дабы покорить, несомненно, разбойник. Только масштабы другие. И воин-стоик становится разбойником. ?

И уж, конечно, феодал у Иоселиани, казнящий на плахе жену за измену и пытающий людей в подвале своего замка, - тоже разбойник. И участники всяческих горячих войн в воспаленных точках планеты, в тех кавказских собирательных войнах, что так ужасны и неприглядны в фильме Иоселиани, конечно, разбойники. И когда они добивают друг друга в мирном Париже - это тоже разбой. Любая война - разбой, любая война - мерзость. ?

Ох, поспорил бы Иоселиани с Симоновым, с его "Так убей же хоть одного, так убей же его скорей!". Да и со всем советским военным кинематографом. Но самый главный разбойник фильма - Сталин, которого в фильме нет, который дирижирует за кадром. Сталин и его банда. Одних (семью репрессированного) выгоняют из дома, а других эти добрые разбойники ведут в чужую квартиру с недоеденным обедом, вручают ключи, показывают хрусталь, серебро, пианино. А потом придут и за ними. Скоро. Через 20 экранных минут. Отец ведет сына на работу, в камеру пыток. Показывает любознательному пионеру орудия, объясняет, что для чего. Потом клиента выносят, вернее, вывозят на каталке. Мальчик познакомился с работой отца. Уборщицы отмывают кровь. А аппарат этого заведения под названием НКВД, которое, по мнению российского президента, существенно лучше гестапо (раз уж Гитлер - разбойник, а выигравший войну Сталин - нет), мирно обедает в подсобке, одновременно накаляя утюги, шампуры, щипцы и суя их по мере надобности в разные окошечки, выходящие в другие "рабочие кабинеты", откуда слышатся дикие крики. А любознательный пионер в это время доносит вожатому на папу, что он вечером маме говорил нелестные вещи о Пахане. У разбойников своя иерархия, у них строго. По понятиям живут. ?

Но в измерении О. Иоселиани есть надежда на то, что рецидивы зимы в "обманной весне" временны и быстротечны. За локальные войны идет жесткая расплата в режиме on-line. Разбойники же на индивидуальном подряде из последней части фильма и вовсе действуют украдкой, до первой встречи с полицией. Избранники ночи, фавориты Луны... В Европе, на Западе, палачество и разбой больше не являются нормой. Символом всего этого была Берлинская стена. Она снесена, растащена по кусочкам. ?

А что происходит в другом фильме, за другой, не рухнувшей, стеной? За Великой Китайской, не защитившей от Чингисхана и тем паче от своего внутреннего деспотизма? В фильме "Император и убийца" Шихуанди хочет вроде бы добра: объединить страну, защитить слабых, прекратить войны. Был этот император когда- то бастардом, маленьким обиженным мальчиком. Его жалела девочка, будущая принцесса Чжао. Она поверила в его миссию и полюбила его. Но на пути к миру оказалась война. Эпоха "враждующих царств" кончилась в III веке до нашей эры. Кончилась Армагеддоном, тотальной экспансией, превращением Китая в концлагерь по методике Шан Яна, этого Геббельса древности. "Когда народ слаб - государство сильное, когда государство сильное - народ слаб. Поэтому государство, идущее истинным путем, стремится ослабить народ. Добродетель ведет свое происхождение от наказаний". ?

Цинь Ши стал самым страшным тираном в истории человечества, превзойдя и Сталина, и Гитлера, став образцом для Пол Пота. Это была цена дорог через весь Китай, шириной в 50 шагов, цена этой самой Стены, куда водят туристов, цена объединения тех, для кого весна не настала и по сей день, у кого в конституции записано, что все свободы существуют для торжества социализма, где сегодня дают по 20 лет за попытку организации оппозиционной партии. ?

Французские кинематографисты гневно осудили, китайские кинематографисты с оговорками оправдали, японские развели руками. C'est la vie. Совместного фильма не получилось. У нас разные стены, и на Востоке они еще стоят.