Новое время #39, 2001 г.

Валерия Новодворская

Снимите бремя с белых

Конечно, это должны были сделать французы. Те самые "возвышенные галлы", специализирующиеся по "славным бедам", по терминологии Пушкина, с которым не принято спорить. Правда, тот же сюжет Фазиль Искандер, автор эпических "Кроликов и удавов", классифицировавших тоталитаризм получше Солженицына, Оруэлла, Конквеста, Зиновьева и Замятина, вместе взятых, изложил бы иначе, не преминув заметить, что эффективность четырех французских революций, считая Парижскую коммуну, как раз равнялась одной английской. И, конечно, вспомнил бы, что буревестники часто оборачиваются горевестниками, но редко отдают себе в этом отчет, обзывая критиков то ли гагарами, недостойными наслаждаться "битвой жизни", то ли глупыми пингвинами.

События 52 в. до н. э. в свежеоккупированной Галлии для XXI века свежи, и актуальны, и непреодолимы, как встарь. Жак Дорфман поставил сагу о сепаратизме. Она называется "Друиды". Или "Верцингеторикс".

Юлий Цезарь бьет Верцингеторикса, как хочет. Не только полководческим искусством, не только знаменитой римской дисциплиной, не только знаниями (математика, психология, фортификация, история). Мощь, благородство и великая цель Цезаря настолько же превосходят нервного и незрелого вождя арвернов, насколько масштаб великого актера Макса фон Сюдова превосходит молодость и красоту Кристофера Ламберта, игравшего в основном в блокбастерах.

У Жака Дорфмана Цезарь - почти что член СПС, поклонник будущих Мизеса, Хайека и Егора Гайдара. Он несет в Галлию прогресс, цивилизацию, "свободное движение людей и товаров". Кстати, не в фильме, а в реальной истории мятеж Верцингеторикса начался с того, что жители его города перебили римских торговцев. Не воинов, а именно торговцев!

Реальный Юлий Цезарь действительно дал Галлии (и Британии) все обещанное да еще прибавил кое-что из арсенала правозащитных хартий XX века: отмену пытки во всей Римской ойкумене (Рим еще не империя, а республика) и гражданство Рима для тех бывших варваров, кто к цивилизации уже приобщился.

Галлы, сподвижники Верцингеторикса, пишут по-латыни, читают книги, усвоили римские обычаи. Цезарь защищает Галлию от германцев (для Жака Дорфмана они просто "немцы", такой вот анахронизм наоборот, пахнущий годами Сопротивления). Невеста героя - Эпона - совсем уже римская девушка и по одежде, и по образу жизни. Цезарь предлагает Верцингеториксу корону Галлии (он верный генерал на службе у Рима, его есть за что поощрять).

Почему Верцингеторикс поднимает мятеж? Мы этого никогда не узнаем. Знает ли он сам? Едва ли. Он не хочет разговаривать ни с римлянами, ни с нами, потомками. Он говорит, что отныне будет общаться с Римом только на языке оружия.

Сепаратист сродни цыгану. Оба они иррациональны, нелогичны, оба действуют себе во вред. И оба прекрасны дикой, манящей, опасной для глаз и умов красотой. "От палаток таборных позади, к неизвестности впереди, /Восход нас ждет на краю земли/ - Уходи, цыган, уходи!"

Без этих трех - четырех веков римской "оккупации" не было бы Сорбонны, "острого галльского смысла", столицы мира - Парижа. Не было бы Франции.

Рим пролился на Галлию золотым дождем, как на Данаю. Рим дал Галлии все, Верцингеторикс - ничего, кроме жертв, крови, подавленного жестко и решительно бунта. Но в Париже нет улицы Цезаря и есть улица Верцингеторикса. Где здесь логика, где справедливость? Цезарь на экране чуть не плачет.

Думал ли генерал на службе у России, успешно сделавший карьеру летчик, Джохар Дудаев, когда тайно рисовал в Эстонии будущий чеченский флаг или поднимал мятеж в Грозном во главе ОКЧН, куда приведет его этот путь? Свобода - единственное идейное содержание сепаратизма. Она вне логики и вне здравого смысла, она не погоня за лучшей жизнью, ибо часто жизнь от нее становится хуже или кончается вообще.

"Так вперед - за цыганской звездой кочевой - к синим айсбергам стылых морей, где искрятся суда от намерзшего льда под сияньем полярных огней". Это написал Киплинг, апологет и идеолог поэтики цивилизаторской миссии Запада. И он не смог противиться обаянию этой неукротимой свободы.

Цезарь Жака Дорфмана слишком серьезно относится к "бремени белых", озвученному тем же Киплингом.

"Твой жребий - Бремя Белых! Как в изгнанье, пошли своих сыновей на службу темным сынам земли..." Это смирение паче гордыни, это ловушка для романтиков, от конкистадоров до американских солдат во Вьетнаме. Тем более что миссионерство тут же обернется расизмом: "Править тупою толпою то дьяволов, то детей...", "...изменит иль одурачит языческая орда..." Столкновение цивилизации и свободы не облагораживает ни ту ни другую сторону. Штыки, копья, мечи, самолеты, танки, щиты, легионеры Рима или Иностранный легион наших дней - это очень плохие учебные пособия. Киплинг опять- таки верно подметил: "Ты (о, на каком ветрище!) Светоч зажжешь ума, чтоб выслушать: "Нам милее египетская тьма!""

Интеллигентный, европейски образованный Ганди не оценил британских цивилизаторов в мундирах. Предпочел лично выпаривать соль и ткать рядно.

Неблагодарные чеченцы не оценили русских прогрессивных офицеров, говоривших по- французски и мечтавших о конституции. Могу лично засвидетельствовать: в кабинете Джохара Дудаева висел огромный портрет шейха Мансура, а вовсе не Александра Освободителя, Столыпина или Милюкова. Что поделаешь - у нас разные герои и разные легенды.

У Жака Дорфмана на этот счет есть теория. Верцингеторикс воспользовался свободой выбора, в которой Галлии отказывал великий Цезарь. А основа западной цивилизации - именно индивидуализм, свобода воли. И, значит, сепаратист Верцингеторикс - основа будущей Франции не в меньшей мере, чем Цезарь с его римским правом, мостами и акведуками, дорогами и латынью.

Пора снять "бремя белых" со своих усталых плеч. А то ведь просветительство при свете горящего напалма чревато потерей лица. В ходе войны за Просвещение Цезарю пришлось убивать мирных жителей.

Верцингеторикс тоже был не ангел, "отказникам" от армии он выкалывал глаза и отрезал уши. Это вам не Минобороны. Но что взять с сепаратистов? С них не взыщется, им умирать, они уходят в легенды. А вот цивилизация останется, ей нужно доброе имя. Конечно, шариат, сожжение вдов на кострах, публичные казни нам нравиться не могут. Но все это не наша планета, не наше дело, не наша печаль. Это суть послания Жака Дорфмана сегодняшним "белым".