Новое время #36, 2001 г.

Валерия Новодворская

Как нам реорганизовать очередной Рабкрин

Если "образовательная" реформа в стране начинается со слов президента, что наше образование настолько идеально, что облеченные им специалисты пользуются величайшим спросом на мировых рынках, включая идейного хакера Склярова, гордости Силиконовой долины, раскусившего все американские интернетовские тайны, то возникает естественный вопрос: а зачем тогда нужны эти самые реформы? Ведь от добра добра не ищут. Но тут во мне проснулась надежда, что наше прагматичное правительство, наконец, озаботилось тем печальным фактором, что люди в белых халатах с российскими дипломами продолжают почти всюду на Западе пересдавать все экзамены, дабы получить возможность практиковать, а за нашими хронически "русскоязычными" инженерами ходит (например, в Израиле) специальный переводчик - технарь, объясняющий англоязычную документацию, что здорово снижает плату.

Да что там инженер! Официанты, няни, рабочие на стройках или на разделке рыбы со знанием языка на Западе зарабатывают в полтора раза больше, чем без оного. Но тут прозвучали знакомые слова г-на Киселева, замминистра образования, о том, что наше консолидирующееся общество исстрадалось и зачахло от плюралистических учебников, от которых у него разбежались и умы, и глаза, и что требуется что-то успокоительноединое, произрастающее в тени вертикали власти. А когда началась суета вокруг неполноценности учебников, написанных до последних президентских выборов, мне, грешным делом, показалось, что "кастинг" учебников по истории России выиграет тот, где появится новая историческая разметка, как с "до н.э." и после, но только это будет "до В.В.Путина" и потом.

Слишком уж оглушает бряцание литавров, кимвал и цепей в словах: "В школу возвращается государство". Оно уже вернулось кое-куда: в Чечню, на канал НТВ, в автомобильную сферу, где оно бьется за счастье народное против подержанных иномарок на стороне вечно новых "Жигулей" (причем здесь проявляется не столько забота о здоровье водителей, сколько забота об их бессмертных душах, которые они могут загубить, катаясь на чуждой нам идеологически продукции), в причесанный парламент, в гармонию музыкальных сфер с хоралом Михалкова - Александрова. Но самый снисходительный филолог не назовет это реформами. Впрочем, если вспомнить о партийной реформе, опять-таки призванной оградить зрение избирателя от цветной гаммы политических партий, вернув его к целебному черно-белому варианту, то, кажется, конечный результат на школьном уровне будет выглядеть так: один президент, одна партия, один учебник.

И учебник наверняка будет высокодуховным, а то член Госсовета г-н Егор Строев возмутился детской задачкой для первоклашек, где первоклассники плюют в компот третьекласснику, ушедшему мыть руки. Идейная арифметика теперь, наверное, будет выглядеть как знаменитый арифмомоид из Ильфа и Петрова: "На трех станциях: Воробьево, Грачево и Дроздово было по равному количеству служащих. На станции Дроздово было комсомольцев в шесть раз меньше, чем на других двух, вместе взятых, а на станции Воробьево партийцев было на 12 человек больше, чем на станции Грачево. Но на этой последней партийных было на 6 человек больше, чем на первых двух. Сколько служащих было на каждой станции и какова там была партийная и комсомольская прослойка?" Замените "комсомольцев" на "идущих вместе" и "партийцев" вообще на "единцев" в частности и вы получите искомый результат.

Плохо, конечно, когда учебники пишутся людьми, считающими Ивана Грозного агентом ЦРУ, а Петра III - предтечей Егора Гайдара, и я согласна с премьером Касьяновым, что "рабочий класс" и "трудовую интеллигенцию" надо гнать со страниц взашей как пережитки советского строя, и вообще экономические главы лучше бы не столько "загрифовать", сколько "загрефовать" или "загайдарить". Но еще хуже иметь нечто вроде перманентного послания президента школярам. И уж, конечно, судя по уровню децибел в воплях "охранителей".

Ересь насчет того, что Великобритания и США тоже поучаствовали в победе над Гитлером, в это послание допущена не будет. На этом мрачном бумажном, письменном, фоне с сомнением воспринимаются устные соблазнительные идеи насчет населения школы мужчинами-учителями вместо направления их под ружье и об отмене военного призыва. Тем паче, что член Госсовета генерал Лебедь тут же возроптал. Наверное, красноярскому краю угрожает нашествие иноплеменников, и без второго призыва в ней не обойтись.

Что же до прочих образовательных идей, то они представляют собой красивую смесь из робких попыток отрешиться от советской школы, вернувшись одной ногой в дооктябрьскую гимназию, а другой - во французский вариант лицея, но сильно упрощенного и на медные деньги. В прежней "царской" системе школьного образования все было продумано, рационально и полезно. Кроме одного: насильственного внедрения "закона Божьего" и сословного отбора с отсеиванием, независимо от способностей "кухаркиных детей". Но те иногда все же просачивались.

А если подставить отбор "по способностям" в принцип тогдашнего обучения: "Кому положено чирикать, не мурлыкайте", и наоборот, то выйдет неплохо. Классические гимназии с их латынью, древнегреческим, французским и немецким. Реальные училища с углубленным изучением технических дисциплин для будущих физиков, химиков и математиков. Коммерческие училища с экономико-финансовым уклоном. Училища правоведения. То есть французская схема с ее разделением в лицеях на сектора А, В, С, Д - вплоть до биологии с генетикой и исторического уклона. А для тех, кому предстояло работать не в интеллектуальной сфере, были народные училища, церковно-приходские школы, ремесленные училища.

Советская же школа смела всю эту дифференциацию и ввела в эксплуатацию сплошной социализм с его лицемерием и провалом на каждом этапе. Учить стали всех, насильно и обязательно, в средней школе, нажимая на "процент успеваемости" (такой же липовый, как все приписки и пятилетки). Закваска советской школы с отличниками, вынужденными педагогами (это после благополучных педагогов гимназии), с жалким гуманитарным уровнем, с полным незнанием языков. Советскому человеку, сидевшему за "железным занавесом", "невыездному", иностранные языки не были нужны.

И история, кстати, тоже та, что до 1917 года. У меня в книжном шкафу стоит французская история для начальной школы - издана до революции. Так вот, это уровень иняза, где историю преподавали один семестр. Так что Рабкрин реорганизовывать не надо было. Проще всего было бы ее не организовывать вовсе.