Новое время #4, 2000 г.

Валерия Новодворская

За право получить пулю

"Девушки, война, война, до самого Урала, девушки весна, весна, а молодость пропала..." Про юношей я уж не говорю. Их убьют или покалечат, а в списках они значиться не будут, потому что Минобороны нашло "ноу-хау": рассовывать тяжелораненых вместо военных госпиталей по гражданским больницам в Ингушетии, а потом не забирать мертвые тела. Лозунг: "Война все спишет", может быть дополнен: война спишет не только все и не только всех: своих, чужих, россиян, чеченцев, взрослых, детей, женщин и мужчин - вся страна будет списана, и в цивилизованном мире пойдет по графе "Потери".

Пропала, кажется, не только молодость, но и нежное детство, и седовласая старость - а все оттого, что Россия окостенела в политической инвалидности с детства, в вечной задержке социального и морального развития. Период ремиссии кончился. Наступил рецидив.

Там, в армии, в холодном поле, без палаток, приехавшие интенданты вываливают перед солдатами банки консервов прямо в грязь (зарисовка с натуры одного солдата-срочника, которому посчастливилось вернуться).

Там просто убивают народ, стирая с лица земли, заставляя Махмуда Эсамбаева в предсмертном выступлении просить для своих соплеменников теплушек и ссылки в Сибирь: все-таки кто-то выживет.

Чечню успешно освобождают от чеченцев, дабы Беслан Гантамиров и другие "социально близкие" российской власти типажи заселили зачищенный топором, без отлетевших в вечность щепок, "субъект" Российской Федерации.

Но сначала "субъекту" подлежит стать "объектом" приложения к нему тактики Чингисхана и Аттилы и стратегии, сильно напоминающей стратегию дивизий СС.

Однако я не военный корреспондент, и писать я намерена про тыл. Кстати, фронт и тыл у нас должны быть едины. И скоро, похоже, будут. Единство уже не за горами, простите за невольный каламбур, ведь случайное название думской фракции вызывает неслучайные ассоциации: фасции, пучок прутьев с топориком, у ликторов в руках, стройные колонны, прорыв наружу первой сигнальной системы - безусловного инстинкта тоталитаризма, с любым лозунгом, исполненным кровожадного восторга, рева и топота стадионов, ксенофобии для внешнего мира и потного ощущения "соборности" внутри: "Зиг хайль!", "Рот фронт!", "Даешь!", "Но паразиты - никогда!", "Взвейтесь кострами, синие ночи!", "Deutschland, Deutschland uber alles!".

Кажется, у нас сейчас в ходу слоган: "Все для фронта, все для победы!" (Над "бандитами-ваххабитами, и почемуто через дефис; видно, теологи из "Красной Армии", как ее назвал в эфире Беслан Гантамиров, считают, что это синонимы.)

ОРТ и РТР в своих военных (да и гражданских тоже) сводках теряют человеческий образ и всякое правдоподобие. Только две темы на разные лады: 1. Про них ("В эту ночь решили самураи перейти границу у реки"). 2. Про нас ("Но разведка доложила точно, и пошел, отважен и силен, по родной земле дальневосточной боевой ударный батальон").

Что же до внутренней политической картинки, то отсылаю вас к одной из сцен "Кабаре" Р. Фосса: Tomorrow belongs to me - хором, с огнем в глазах. Именно эта сцена вспоминается, когда видишь, как с инициативного собрания по выдвижению В.Путина кандидатом в президенты выходят М. Захаров, Ю. Любимов и К. Райкин (ради своих театров, конечно). Господи, да пусть бы закрылись все театры в стране, только бы не было этого кадра выгнанного за забор НТВ!

Вот уже и грачи прилетели, вороны то есть. Орлы-стервятники. Баркашов ищет президентства. На его улице праздник. Пришло время РНЕ и чернорубашечников. Разве до второй чеченской войны он бы посмел? И даже если его прогонят, ни общество, ни некоторые другие кандидаты не забудут сути его программы: слепой ненависти летучих мышей, пытающихся погасить солнце своими черными крыльями.

Правильно писали Стругацкие, что за серыми всегда приходят черные. Серые будни захлебнувшихся реформ неминуемо должны кончиться черным засильем военщины и Лубянки.

И вот первые симптомы приближающейся эпидемии. Сначала - наркотики, подсунутые в Шереметьеве Маше Эйсмонт из "Рейтер", и патроны в кармане у чеченской журналистки. И все для того, чтобы забрать пленку у Андрея Бабицкого со "Свободы". Все трое возвращались из Грозного. Встречающие - семь черных "Волг" ФСБ! Сцена из 70-х! И если бы не несколько лишних камер в аэропорту... Но Андрей уехал снова в Чечню, а его жена сдала пленку в ателье - проявить. Там ей и сказали, что пленку конфисковала ФСБ, а ее ждут для допроса.

Мало? Хотите еще? До сих пор суды оправдывали отказников от армии, требовавших себе согласно конституции альтернативной службы, или давали условный срок. А физика Дмитрия Неверовского из Калуги посадили на два года! Он посмел сказать на суде, что в нашей армии служить нельзя, что сущность этой армий противоречит его убеждениям.

Никто не смеет уклоняться от почетного права получить пулю на войне за государственную истину: "Свобода - это рабство" и "конституционную" формулу: "Мир - это война". Тем паче, что есть не менее почетная обязанность: "Покрепче их бей, а не то прослывешь пацифистом, и пряников сладких отнять у врага не забудь!"

А в Екатеринбурге, на родине Бориса Ельцина, кончается другой "сон золотой": свобода собраний и манифестаций. Группу Глеба Эделева "Движение против насилия" гоняли всегда. Но выпускали через несколько часов или давали штраф (ведь административный кодекс изменен: по 166-й статье за пикет нельзя назначить арест). Что ж, 12 января за антивоенный пикет Глебу Эделеву и его товарищу дали по 10 суток по статье 165-й ("Злостное неповиновение... требованию сотрудника милиции"). Ребята объявили сухую голодовку... Похоже, пацифисты не жильцы на этом свете.

Через 165-ю статью прошли и мы в 1987 - 1988 годах здесь, в Москве. Не свернул плакат, не ушел - вот тебе и "злостное неповиновение". Правда, скоро власти избавили себя от неудобства: ввели в административный кодекс статью 166Г, позволяющую давать до 15 суток за митинги и пикеты. Именно она сейчас действует в Белоруссии. Как видите, сближение идет форсированными темпами.

Скоро ли начнут закрывать газеты, когда без вести станут пропадать демократы и откроются ли против них уголовные дела к апрелю или к сентябрю, не знаю. Возможны варианты. От 4 - 5 месяцев до 1 - 2 лет. Я знаю одно: в мире темнеет, и в одно прекрасное утро солнце вообще не взойдет. Не исключено, что 27 марта.