Новое время #50, 1999 г.

Валерия Новодворская

Мы не сторонники разбоя...

Лиса Алиса и кот Базилио из сказки (и особенно мюзикла) "Золотой ключик" на практике демонстрировали действие многих будущих российских законов в области экономики. В частности, знаменитые "пирамиды" с Мавроди или "Властилиной" на тему: "Мы сидим, а денежки идут", делались по классическому рецепту Поля Чудес в Стране Дураков: положить деньги в ямку, посолить, сказать "крекс, пекс, фекс", закопать и ждать, пока не вырастет деревце с золотыми монетами вместо листьев. Правда, я не ожидала, что на такой бизнес-план купится кто-нибудь, кроме деревянного человечка, вытесанного папой Карло из полена. Однако, как вы помните, в стране нашлось довольно много буратинок. Этот эпизод помнят многие.

Другой гораздо реже цитируется. Несомненно, Алиса и Базилио явились также родоначальниками российского Министерства по налогам и сборам. Помните, как они трясут Буратино, запрятавшего деньги в рот, как нападают на него в черных масках, как подвешивают его за ноги, чтобы деньги выпали у него изо рта? Вам это ничего не напоминает? Мне лично кажется, что все это, вплоть до масок, совпадает с методикой и смыслом действий наших налоговиков.

Исходят они в своих методах и установках даже в отношении не преступников, а добропорядочных людей из того, что всякий гражданин хочет ограбить государство. Я, конечно, не экономист и не специалист по финансовому праву, но, зная наше государство, дерзну предположить, что при таких парламентариях, губернаторах, генералах и правительстве, скорее, государство хочет ограбить всякого гражданина.

И чтобы далеко не ходить за примером, возьмем загадочную, недосказанную статью закона о крупных покупках злосчастного населения в плане внесенных туда корректив. Вообще, в нашем положении, когда гражданин зарабатывает мало по сравнению с цивилизованными странами Запада (даже если и работает хорошо), а "социалка" отсутствует (что было бы очень даже прогрессивно при наличии работы и приличных заработков), налоговые ставки представляются мне столь же чрезмерными, сколь у Соловья-разбойника и в народной формуле налогообложения, бытовавшей в СССР:

"Шесть шкур сдираем, седьмая - остается".

Правда, теперь "железного занавеса" нет, и где-то между третьей и четвертой шкурой налогоплательщик может плюнуть и податься в теплые западные края, где шкур у него останется побольше.

Затем еще одно очень огорчительное явление: налоговые декларации и справки об имуществе наших кандидатов, теперешних и будущих депутатов, для Центризбиркома, который, очевидно, вознамерился в данном контексте сыграть роль комбеда. Не жулики, не миллионеры, а очень скромного достатка приличные люди, сообразив, что бедность у нас все еще добродетель, в ужасе умолчали о том, что в цивилизованных странах имеет каждый честный и успешный труженик: о машине, квартире, загородном домике. Получилось, что один кандидат живет в гараже, у второго гараж есть, а машины нет, а уж дач и дачных участков хватило напополам (одному - дачу, другому - участок). Зрелище было весьма печальным.

В первые Думы XX века проходили по имущественному цензу люди зажиточные; в конце века и общество, и власть желают по некоему антицензу иметь в парламенте "голодранцев", то есть санкюлотов. И какую-нибудь великую революцию на десерт.

Статья Налогового кодекса вполне годится под "законы о роскоши". Такие принимались при Октавиане Августе (касались богатых патрициев, в целях экономии и сам цезарь их свято соблюдал: он боялся восточных роскошеств, плутократии и полагал, что это убьет республиканский дух).

В XIV веке во Франции Филипп Красивый ввел сословно-классовый закон: только дворянство могло носить золото и драгоценные камни. И, наконец, в XVII веке Людовик XIV с кардиналом Мазарини впали временно в религиозный аскетизм и попытались запретить двору наряжаться, дабы не погубить душу. Конечно, их никто не послушался (разве что на придворных балах). А потом это у них прошло. Ау нас что-то не проходит.

Согласно этой зловещей статье, налоговики собираются контролировать любую крупную покупку. Какую - они это себе плохо представляют. Ну, алмазы, ну, антиквариат. А Ростропович любит мебель из карельской березы! Ему и впрямь лучше за границей жить.

И почему-то машина. А она - не роскошь, а средство передвижения. Это еще Остап Бендер сказал. При этом машины разные бывают. От "Феррари", "Роллс-Ройсов" и "Ягуаров" (дорогие) до "Жигулей", "Лад", подержанных "Фордов", "Вольво" и "Фольков". Но налоговики алчно простирают счеты и к "Жигулям". Не говоря уж о квартирах не в хрущобах и дачах (даже небольших), хотя без этого уж точно жить нельзя. Причем нижняя граница интереса налоговиков не указана. Машина за 5000 долларов - это криминал? А за 2000? А холодильники, мебель, шубы, шапки? Не из "котов домашних средней пушистости"?

А почему государство интересуют только наши расходы, а не его? Война в Чечне - это роскошь или средство передвижения? Если средство передвижения, то куда? К военной диктатуре?

Что более разорительно: "Вольво" или танк? Почему государство готово во всем отказать нам и ни в чем не отказывает себе?

А почем будет изоляция от Запада, на которую мы напрашиваемся?

Скажем, такая стройка века, как приемная ФСБ на Лубянке, вернее, на Кузнецком. Ее неудачно пытались взорвать какие-то "поклонники" данного ведомства. Здание и люди не пострадали. Чуть разбит тротуар и покарябаны стены. На ремонт собираются потратить 1,5 миллиона рублей.

Может, золотые ручки к дверям приделают. Или поставят золотой унитаз (некоторые бывшие сотрудники данного ведомства весьма ревностно относятся к этому элементу обстановки).

Ответов у меня нет. Все ответы у нас - военная тайна. А я не имею допуска. И, наконец, зная повадки властей, я не сомневаюсь, что сей закон будет применяться избирательно. К побежденным кланам и проигравшим олигархам. Сегодня Лужкову нельзя носить бриллианты, а завтра Примакову нельзя ездить на "Ауди". А послезавтра у Путина отнимут любимую картину Верещагина (не знаю, есть ли у него такая, но Верещагин должен ему нравиться).

Но больше всего жаль средний класс. Он при всех олигархах будет проигравшим и побежденным.