Новое время #41, 1999 г.

Валерия Новодворская

Маршальский жезл Джека Райана

Тома Клэнси у нас знают по двум фильмам (почти что "в начале славных дел", дебют главного героя): "Игры патриотов" и "Охота за "Красным Октябрем"". И гора хорошо переведенных романов, простеньких, но крепеньких, с элементом авантюрности Брет Гарта, с рассудочной ясностью Хемингуэя и степенной положительностью романов Марка Твена о городишке Сент-Питерсберг (только без его юмора).

"Игры патриотов". Джек Райан спасает принца и принцессу Уэльских, учит королевскую семью республиканским добродетелям, принимает на себя удар террористов, которые гоняются за ним по всей Америке, и только он хочет сервировать стейк у себя дома своим друзьям принцу и принцессе, как ИРА появляется вновь, чтобы добить несчастную Райанову семью, его самого, принца и принцессу, мир и порядок, американскую демократию, английскую традицию преданности монархии и еще много хороших вещей. Не выдержав такого натиска, Джек Райан, ученый, писатель и преподаватель, идет работать в ЦРУ, на этот раз в штат (вне штата он их и раньше консультировал). В "Охоте за "Красным Октябрем"" бывший морской пехотинец Джек Райан натягивает нос Советам (нам то есть) и спасает капитана-прибалта, редкостную лодку да еще и русский экипаж. Клэнси не кровожаден. Он как бы призывает играть с "Иванами" (термин моряков-подводников) в шарады, городки, маневры, локальные войны, соблюдая правила рыцарей короля Артура. Русские всегда могут получить место в шлюпке и круг. И место в цивилизованном мире, как старый американский шпион, русский генерал, увенчанный наградами за Сталинград (из романа "Кремлевский кардинал"). Признаться, фильм сделан так вкусно, что я представила себе все советские подлодки, стройными рядами уплывающие в США.

Том Клэнси описывает чистую фантастику: третью мировую войну в романе "Поднимается красный шторм"; взрыв террористами атомной бомбы в США и, вследствие этого, почти что начало глобального ядерного конфликта между СССР и Америкой (роман "Все страхи мира"); заражение лихорадкой Эбола территории США, ликвидацию японским самолетом всей американской элиты, собравшейся на инаугурацию вице-президента Джека Райана; покушение террористов (как во "Всех страхах мира", опять из Ирана) на младшую дочь Джека Кэтлин.

Но эту чистую фантастику он вставляет в простую оправу из жизни американского истеблишмента, военно-морского флота, Конгресса и сената, Лэнгли, пехоты и американских ценностей, которые столь же просты, сколь и фундаментальны: семья, Родина, добродетель, Бог, свобода и американский образ жизни, от пиццы и чизбургеров до достойного, скромного, гордого индивидуализма героев. Фантастика у Клэнси не в лихих сюжетах, а в отношениях людей, в полном отсутствии лести и низкопоклонства, в сознании ценности каждой жизни, в работе медиков, среди которых будущая первая леди - жена Райана. Я не удивляюсь тому, что американские президенты (Билл Клинтон, в частности) изучают науку управления по романам Клэнси. Куда легче управлять таким твердым и ясным государством, основанным на добродетели.

И Джек Райан, простой американский интеллектуал с некоторыми навыками Рэмбо, доходит, вопреки своему желанию (он не политик, а эксперт), до самого верха лестницы. В трилогии "Слово президента" он - президент США.

Морская пехота, колледж, университет, докторская степень, книги, лекции, работа на ЦРУ, руководство ЦРУ, вице-президентство и финал: он президент, не желающий заниматься политикой, лукавить и лгать. Том Клэнси хочет подкорректировать реальность: может, от дяди Сэма вернуться к старине Эйбу, рубившему дрова. Простота, рацио, честность, благородство - такой увидит Америку читающий Клэнси президент, и возрадуется, и поймет, что мир - это черно-белый ларчик, что он открывается просто, если не отступать от правил добра и твердости. Это президентская психотерапия. Мир в линейку, чистый, свежий, а линейки все ровные. Конечно, в деталях есть брак, но американская элита должна веровать, и тогда она и действовать станет, как предписывает Клэнси: мудро, откровенно, человечно.

Самое интересное, что Джек Райан не хочет делать карьеру. Благо удачно играл на бирже, и деньги теперь у него есть. Но его каждый раз просят: начальство, президент, мысленный образ Америки. Не знаю, как вы, а я поверила.

Когда-то "совки" верили, что Сталин на своем посту. Пользы от этого им было немного. А для мира крайне важно верить сейчас, что американская демократия со всей ее мощью на своем посту.

В чтении Клэнси - великая отрада. В наши каторжные норы доходит его свободный глас. Беда только в том, что картезианец и идеалист Клэнси точно так же идеализирует и нас. Мы у него почти что партнеры в последней трилогии "Слово президента". А до этого - разумные люди, с которыми можно договориться. Несколько раз мелькает в томах Клэнси образ разумного советского вождя, похожего весьма на Горбачева: во "Всех страхах мира" советский лидер помогает остановить ядерную войну; он же в романе "Начинается красный шторм" арестовывает "гэкачепистов", пытавшихся применить в войне со Штатами ядерное оружие. По времени, должности и облику - это Горбачев; по решимости и историческим аналогиям - скорее, Ельцин.

С ним же встречается Райан, вывозивший из СССР своего агента - "кремлевского кардинала", а заодно и директора КГБ, но свалившегося с крыла самолета. Советский президент приказывает его не расстрелять, но перевязать. В итоге - дружба на всю жизнь.

Что у Клэнси отдает чистым вымыслом, - это описание фантастических пыток в Лефортово и упоминания о физических истязаниях там же (в семидесятые - восьмидесятые годы). В отличие от Клэнси, в Лефортово я была, и не раз. Последние "страшилки", коих в природе нет, - это дань моде на "русские ушанки" всюду, вплоть до космической станции.

Репутация у нас скверная. В одном из романов советские солдаты насилуют исландских девушек. Клэнси старается быть объективным, но он не может скрыть враждебности.

Прочитав Клэнси, каждая кухарка худо-бедно сможет управлять Америкой. Хорошая шпаргалка. У Клэнси всегда побеждает свободный мир, и это не ангажированность. Он и впрямь побеждает на всех фронтах. В романе народ, кстати, без ума от президента Райана, бывшего главы ЦРУ. Только элита ворчала, что он мало знает политику: не из их касты. Так что, если перспектива воцарения г-на Путина из ФСБ нас не радует, может, это черная неблагодарность?