Новое время #25, 1999 г.

Валерия Новодворская

Зубы дракона на Косовом Поле

Мы чуть было не поимели Нюрнбергский процесс в Гааге. Присяжные, окуните ваши кисти в голубое! Потому что процесс в Гааге над международным преступником Милошевичем и примкнувшими к нему военачальниками так же нам улыбнулся, как улыбнулись все, почти что все предыдущие процессы над кандидатами в Мировое Зло: процессы Пол Пота, Караджича, Саддама Хусейна.

Это еще только те процессы, на которые мировое сообщество робко сделало заявку. Ни на Сталина, ни на Фиделя Кастро, ни на Мао (даже на "Папу" Дювалье при его жизни, кажется) никто заявок не подавал. Хлопотно, говорят. А долгие хлопоты - лишние слезы.

Вот Архистратиг Михаил об этом не подумал. И Георгий Победоносец - тоже. Они низлагали Сатану, тоже не озаботившись мандатом ООН. Но в тогдашнем Совете Безопасности не было ни России, ни Китая, поэтому Сатане не к кому было апеллировать, и все воздушные и наземные операции прошли своевременно, и деньги из бюджета нашлись, и налогоплательщики не возражали, и ангелы встали под ружье.

Конечно, если бы у Сатаны были такие адвокаты, как Жириновский и фракция КПРФ, а Борис Немцов собирал бы подписи против войны с Сатаной и отвозил их в фургоне Михаилу Архистратигу, протестуя и требуя мира любой ценой (а главное, политического решения), то история человечества могла бы сложиться несколько иначе. Но и Немцова тогда не было.

По-моему, человечество вырождается. Никто не спрашивал никаких мандатов у членов антигитлеровской коалиции, никто не обзывал фашистами пилотов "летающих крепостей", бомбивших Германию, хотя мирное немецкое население, мирно состоявшее в Гитлерюгенде и в Союзе немецких женщин, не только лишилось домов и имущества, но и во множестве было похоронено под руинами. И никто особенно не протестовал, когда гитлеровское правительство, вопреки международному правопорядку, было повешено иноземными правительствами за свои злодеяния.

А ведь гитлеровские зверюги были куда опасней и сильней маленьких Саддамов, Милошевичей, пол потов и Фиделей. Мир ощутил угрозу лично себе, Запад содрогнулся и стал энергично действовать. Вплоть до охоты на каждого преступника против человечности без срока давности.

Так что же, шкурнические соображения? Выходит, так. Пол Пот разрушил свои города, скармливал крокодилам свою интеллигенцию, загнал в джунгли к свиному корыту свой народ, и если погиб каждый третий, опять-таки это были свои. А европейцам эти черепа, пробитые мотыгами, были чужие. Потому, выписав формальный ордер на арест, мировое сообщество предоставило разбираться с Пол Потом Вьетнаму (с которым тоже в свое время не смогли разобраться). И Пол Пот мирно умер в джунглях. То ли умер, то ли нет. Никто не пошел проверять. А его красные кхмеры, ничуть не менее виновные, чем гитлеровские палачи, стали субъектами переговоров и участвовали в выборах.

А черепа, пробитые мотыгами, и сытые крокодилы остались. С точки зрения Европы и США, очевидно, Кампучия - это дыра, а что в этой дыре происходит, так же важно, как те кошмары, которые творятся на Кубе и в Северной Корее.

Китай и СССР - эти просто были не по зубам. Европейский политес учит: если не можешь подставить ножку врагу, поздоровайся с ним за ручку. Верх этики! И эстетики.

Ну, если Пол Пота не искали, то Караджича и подавно не нашли. Видимо, расспрашивали у прохожих, не проходил ли он здесь вчера, а они, как назло, запамятовали.

Слободана Милошевича тоже не будут искать. А если будут, то российские войска (оказавшиеся в Косово настолько раньше НАТО, что Запад, кажется, еще не решил, это хамство, шалость, резвость, провокация или желание хоть что-нибудь оккупировать, хотя бы братьев-славян, раз уж кузены из стран Балтии или Закавказья недоступны) помогут.

Помогут, кстати, так, как до сих пор помогали решать югославский вопрос: мешая где и в чем только можно, причем всем сразу - косоварам, сербам, НАТО, самим себе. Наручники расходовать не придется. Милошевич отсидится за нами, как за каменной стеной. Как будет называться эта новая Берлинская стена, я не знаю. Но в Сербии будет именно Германия с разными зонами оккупации. Наша зона оккупации (пусть моральной) - это будет не только часть Косово, но и Сербия: ничего не забывшая и ничему не научившаяся, озлобленная, зажатая цензурой и ненавистью, со Слободаном Милошевичем во главе. Она будет жить ожиданием реванша.

Этакая мини-ГДР. А в западной зоне оккупации будет ФРГ. Свобода, инвестиции, безопасность под сенью НАТО. Те сербы, которые бегали по мостам с мишенями на груди (Гитлер оценил бы такую лояльность и такое рвение, но немцы-то как раз рвения и не проявили), будут стрелять по тем диссидентам, которые станут пытаться через эту стену перелезть. Так уходили от Хонеккера, много лет спустя избавленного от наказания и отпущенного судом к дочери в Южную Америку на том основании, что у него рак (что, естественно, дает право безнаказанно совершать любые преступления и охотиться на собственных граждан; как это в 1945 г. не додумались выправить на гитлеровских руководителей справки по форме 286, чтобы отпустить с миром хворых и убогих людоедов?).

На Косовом Поле будут посеяны зубы дракона, а Весна Пешич и другие немногие демократы Сербии окажутся или у стены - или им придется бежать через Стену, если не догонит пуля эскадронов смерти, новых сербских четников, которые вместо турок займутся интеллигенцией.

Итак, после 1991 г. у нас снова образуется этот проклятый дуализм: соцлагерь с колючкой, сознанием оборонно-затравленного толка ("Ура! Нас окружили!") и либеральный мир, который увеличит ресурс Запада на Балканах: к Словении и Хорватии, давним невозвращенцам, прибавятся Черногория и та часть Косово, которая достанется Западу после нового Ялтинского договора (сговора).

Запад не сумел сломать тот самый постъялтинский мир, где Зло было высокой договаривающейся стороной, а Добро глотало слезы и в 1956 году, и в 1968-м, и в 1981-м - глядя на интернирование "Солидарности" в Польше. Мир это переживет, он переживал и не такое.

Россия будет кричать на всех перекрестках, что это она остановила войну с помощью скандалов, предательств, провокаций, солидарности с депортациями косоваров и шести коробочек с подписями из фургона Бориса Немцова. Нюрнберга не случится раньше Страшного Суда. Остается воскликнуть вместе с поэтом: "Воскресни, Боже, Боже правых, и их молению внемли: "Приди, суди, карай лукавых, и будь един Царем Земли!""