Новое время #16, 1999 г.

Валерия Новодворская

Кабы я была царицей...

Время от времени на прекрасных дам находит. И здесь уж пиши пропало. Когда в хорошенькую стервозную головку втемяшивается, что ее обладательница - угнетенное сословие, проклятьем заклейменное, эксплуатируемое пропащими безродными сексистами (ежели кто не знает, что это такое, пусть проникнет инкогнито на шабаш феминисток и убедится, что эти расистки так именуют несчастных, ни в чем не повинных мужиков), то дело может кончиться сексуальной революцией, которая такая же гадость, как "великий" Октябрь-17. Феминистки недаром так удачно рифмуются с экстремистками. Кажется, в США, где-то в нью-йоркских, а не майамских широтах, они решили обидеться на социальное неравенство по тому случаю, что мужчины могут ходить летом обнаженными до пояса, а они - нет. И стали фемины биться за право ходить topless и даже явочным порядком снимать лифчики. Революционерки только забыли, что у мужчин, в отличие от них, нет бюста. Но когда речь идет о борьбе за гражданские права, уже не до приличий. И даже не до здравого смысла.

Например, наши собственные, отечественные феминистки, решив не ударить лицом в грязь и перегнать Америку хотя бы по абсурду, приходящемуся надушу населения, провели в солнечный июльский вечерок в Golden Palace, который вносит много веселья и изысканности в богемные массы, одно историческое мероприятие: выборы женщины-президента. Мужчин вывели за скобки. При входе в зал их обряжали в фартуки, и хорошо еще, что картошка была уже отварена, а то бы заставили чистить. Дам, напротив, несмотря на их робкие протесты, захомутали в галстуки, что должно было, по мнению устроителей, приобщить их к правящему мужскому сословию. Я лично типичный герой дня без галстука, но на всякий случай разжилась двумя атрибутами шоу (в хозяйстве пригодится), чем доказала свою многополюсность, амбивалентность, бисексуальность и чуть ли не трансвеститность. Мария Арбатова, вся в серебряной парче и прозрачном газе, в умопомрачительном фасоне и локонах, устроила "праймериз" среди потенциальных президенток. Одна певица (Анка-пулеметчица), одна телевизионщица (Татьяна Лазарева), одна массовичка-затейница, а по совместительству почти казачья атаманша, и мы с Галиной Старовойтовой, которые к данному собранию подходили так же, как рыбке - купейный вагон. Выборы были хотя и прямые, и тайные, но явно не равные и не всеобщие, учитывая дискриминацию и снятие с забега мужчин. И здесь до меня дошло: а феминистки-то лоббистки, почище лоббистов естественных монополий или ВПК. Ни один монопольник или вэпэкашник, проталкивая свои интересы, не посмел бы предложить снять с довольствия все остальные отрасли "народного хозяйства". И если мужчины лишали женщин гражданских прав в былые отсталые времена (и за дело, кстати, лишали: ведь женщины тогда сами не зарабатывали денежки, а кто не содержит себя сам, не имеет независимости во взглядах; тот же, кто не имеет таковой независимости, не может быть гражданином и не имеет права решать судьбу общества, то есть голосовать), то феминистки в Golden Palace доказали, что готовы лишить гражданских прав добытчиков-мужчин в совсем другие времена: в новые,в передовые.

"Праймериз" в дизайне Марии Арбатовой разворачивались по уже известному в классической литературе сценарию, так смачно записанному Пушкиным в его политическом этюде, изучаемом в начальной школе. Три девицы хотели баллотироваться в царицы. Одна собиралась развивать легкую промышленность и вытеснить натканным ею полотном все остальные изделия с мировых рынков. Предвыборная программа звучала так: "...на весь бы мир одна наткала я полотна". Но царь-батюшка на это не купился. Он знал, что у нас в Иванове делается, знал, что группа "Б", то есть товары народного потребления, у нас традиционно отстают от группы "А" (танки, ракеты, "калаши"). Он и сам был одет в костюм от Versace. Другая кандидатка в царицы обещала накормить народ, то есть реализовать, наконец, Продовольственную программу: "...на весь крещеный мир приготовила б я пир". Именно такой вариант предвыборной программы предложила любимица казачьих кругов Лидия Иванова: дать все детям и юношеству, осчастливить, обустроить... А деньги взять из тумбочки. Но царь не клюнул и на такой популизм. Он, видимо, фон Хайека читал и немного смыслил в экономике. Электорат "праймериз" по Марии Арбатовой тоже не ударил лицом в грязь, благо он состоял из журналистов. А они про семь хлебов и немного рыбок, про окормление народа из тумбочки и про любовь к деточкам наслушались от коммунистов.

И дальше все пошло как раз по пушкинскому сценарию. Одна кандидатка в царицы явно не лезла в политику, не была феминисткой и поставила перед собой скромную, но достижимую цель: Kinder, Kirche, Кunche. Она знала свое место под солнцем. "Я б для батюшкицаря родила богатыря". И надо же, чтобы Татьяна Лазарева как раз богатыря и ожидала, оказавшись к "праймериз" немножко беременной, в чем честно и призналась. Журналистский электорат, отвергая безродный иноземный феминизм вместе с батюшкой-царем, явным сексистом и сторонником "Домостроя", дружно, 54-мя процентами сердца проголосовал за Татьяну Лазареву. Очередное сокрушительное поражение феминисток, и поделом. Потому что они аферистки. С одной стороны, они нежные, хрупкие, беспомощные, закрепощенные, слабые. Давай им льготы на всю катушку, как беженцам или инвалидам: пособия на детей, бюллетени по уходу, отпуск до и после беременности и родов, год или даже три на воспитание чада с сохранением рабочего места, сокращенный рабочий день. Депутатки английской палаты общин возникли недавно с жуткими воплями и обидой по поводу того, что в здании парламента не хватает дамских туалетов и продают слишком много пива и слишком мало сладостей. Туалеты спешно достраивают, пабы переделывают в кондитерские. И при этом они всем равны и всех равнее и подавай им квоту на президентскую власть или на парламентские и министерские кресла.

Я припоминаю, что одним из плодов с древа зрелого социализма был этакий персик утопического маниакала: стирание граней. Между городом и деревней, между физическим и умственным трудом, между мужчиной и женщиной... На Западе как раз более здраво подходят к чисто производственным вопросам:

Хиллари зарабатывала больше Билла Клинтона, пока ей не пришлось оставить адвокатскую практику, чтобы готовить ему завтраки в Белом Доме. Она, кстати, могла бы сама баллотироваться в президенты, никто не мешал. Но она предпочла стать женою Билла и матерью Челси. Ее дело.

Я лично свидетельствую, принадлежа к той самой биологической категории, из которой феминистки набирают свои кадры, что не только в России после августа, но и в СССР никакой дискриминации по половому признаку не было. Это может подтвердить КГБ, организация на редкость прогрессивная и отстаивавшая, как умела, гражданские права диссиденток, награждая их сроками ничуть не меньше мужских. И я не могу стать президентом не потому, что я женщина, а потому что западник и либерал. Так ведь и Чубайс не может! Зато в проскрипционных списках и у наци и у коммунистов мы в первой десятке. Феминистки могут отдыхать...