Новое время #12, 1999 г.

Валерия Новодворская

Внуки Арбата

У российского истеблишмента опять появилась возможность щегольнуть плюрализмом. На этот раз "в этой роще березовой". Половина (хитроумная и изощренная в дворцовых интригах) устроилась с комфортом возле арены, где идет, с ее точки зрения, битва титанов (или кентавров с лапифами): Примакова и Березовского. И радуется падению ненавистного временщика с энтузиазмом фрейлины двора Людовика XIV. При этом исподволь возникает формула: "Враг нашего врага - наш друг". У премьер-министра появилась дополнительная когорта друзей из "антиберезовиков". И хоть друзья эти мало в чем смыслят и полны по горло конъюнктуры и влечения момента, но кто из премьер-министров в наших краях, кроме Егора Гайдара, мог бы похвалиться друзьями с иной закалкой и иной мотивацией?

Другая половина вдруг вспомнила про "милость к падшим" (с властных высот на мягкий газон собственной виллы), про то, что Березовский - математик, частный предприниматель, угнетенное олигархическое сословие и чуть ли не демократ, - и обходит очаги культуры, собирая подписи протеста против отлучения нашего калиостро от млечных путей СНГ. Могу, конечно, предвидеть и правозащитный пикет у Кремля, Примерные лозунги:

"Больше олигархов - хороших и разных!"
"Березовский и Доренко - узники (без) совести!"
"Друг Президента и его семьи - друг народа!"
"Протестуем против национализации СНГ!"

Конечно, хороший тон нам предписывает всегда быть на стороне веселых мошенников вроде Энди Такера и Джефа Питерса из рассказов О'Генри, храбро грабящих американских провинциалов, пользуясь их невежеством и легковерностью. Да и вообще половина американских боевиков склоняет зрительские симпатии на сторону тех, кто курочит банки, против полиции и федеральных властей. Но одно дело Бонни и Клайд, а совсем другое - угрюмые эксы, которые совершали Камо и его сподвижники. Денежки Березовского шли на очередную пролетарскую революцию, поэтому позвольте уж мне предпочесть шерифа Чубайса. Так что опять-таки не надо ходить на березовско-защитный пикет. Тем паче, что его придется проводить то ли в Швейцарии, то ли в США - перед бассейном новоявленного узника совести.

Откровенно говоря, не хочется примыкать ни к Монтекки, ни к Капулетти. А отравиться хочется. Только кого бы здесь полюбить? Тем более что и Ромео, и Джульетты из разных политических лагерей давно уже используются, с благословения фра Лоренцо, для союзнического блокирования под крещенский выборный вечерок, а потом, по взмаху платка родителей (лидеров блоков), вновь берутся за скалки и ведра с помоями. Так что это не только не Рио-де-Жанейро. Это еще и не Шекспир. Уже не хочется ни вечной любви (до ближайших выборов), ни самоубийства (до воскрешения в другой должности или другой партии). Так что, может быть, и рано писать политическую эпитафию Борису Березовскому. Он, может, еще нас всех продаст и купит, тем более что его полемические, политические и экономические приемы сильно напоминают ухватки Михаила Паниковского, нарушителя конвенции и любителя гусей. Только масштабы побольше. В Давос бедного Паниковского просто не пустили бы, хотя это и несправедливо: ведь других сыновей лейтенанта Шмидта из России туда пускают. Правда, на очаковского героя уже не ссылаются. Ссылаются на Кейнса, Адама Смита и аргентинских реформаторов. Однако отчества все равно вспомнить не могут.

Борис Березовский - наш типичный соотечественник, решающий роковой вопрос Достоевского типично советским способом: "Пусть свет перевернется, а я все-таки чаю попью". Ни Березовскому, ни "Человеку из подполья" никто не объяснил, что при таком раскладе чайник с чашкой опрокинутся, еще и кипятком обольют. Физические законы, что поделаешь! Итак, Борис Березовский - внук Арбата, унаследовавший приспособляемость к катастрофе и финальный крах от арбатских детей, своих духовных отцов. Он был благополучным и пригретым солнцем партии советским ученым. Он не растерялся при капитализме, сделав себе состояние. Не знаю, во что он котируется как местный Форд и Савва Морозов у специалистов, но могу свидетельствовать, что "Огонек" он загубил, сделав какой-то комикс из идейного издания с запросами. Самое интересное, что комикс никто не стал покупать. Общение с Березовским и каналу ОРТ на пользу не пошло: убогие новости, полное отсутствие либерализма, примитивные шоу, второсортные фильмы, Сергей Доренко в роли Вышинского. Так что где то живое дело, что его именем назовут? Не вижу такого. Даже СНГ не повесит на себя мемориальную табличку, тем более что почтенному союзу пора подумать о могильной плите. Дальше Березовский вдруг пылко возлюбил коммунистов, поучаствовал в "Письме 13" и предложил консенсус между прошедшим и будущим, коммунизмом и демократией, ложью и правдой, взяв на себя роль не только адвоката дьявола, но и его присяжного поверенного. Потом он использует коммунистов и шахтеров как таран против Чубайса и младореформаторов, именно чтобы чаю попить. Хрупкий, зеленый либеральный свет перевернули (и рука Березовского была видна у горла либерализма), и только-только Борис Абрамович сел чай пить, как оказалось, что, убрав пинком либеральные кубики, из которых мы пытались что-то построить, он остался один на один с мощным асфальтовым катком самой страшной олигархии: нашего розово-коричневого государства. Попав под каток олигархии, просто олигарх вспомнил про западничество, антикоммунизм, либерализм и все то, что он перевернул ради своей чашки чая. Что ж, что сам налил, то пусть и пьет. Это не повод для злорадства, но и не повод убиваться. Внуки Арбата пошли неверным путем детей: они вскакивают в первый попутный танк, надеясь, что раздавят кого-нибудь другого. А оказавшись под гусеницей, начинают "косить под диссидентов". Г-н Ильюшенко, пытавшийся инициировать здесь политические репрессии (даже против безобидных "Кукол"), в тюрьме объявил себя политической жертвой режима, последним диссидентом Империи. Меня это не впечатлило.

Считать ли узниками совести попавших в беду палачей? Ягоду, Ежова, Тухачевского, Рыкова, Троцкого, Бухарина? Знаю, что есть сердобольные души, готовые лежать с ними в братской могиле. Я не из их числа. Я не хочу лежать в братской могиле с Березовским, хотя сегодня Макашов и Зюганов, наверное, испытывают к нам одинаковые чувства. И я не верю, что Березовский пойдет за либеральные идеалы на эшафот. Когда корабль начнет тонуть всерьез, он найдет себе шлюпку. Так что радоваться нечему: мы ничего не нашли. И для печали есть более серьезные поводы. Не надо играть роль болельщиков в чужой игре.