Новое время No 39 1998 г.

Валерия Новодворская

Будущее - за самиздатом

Нас всегда терзало нездоровое любопытство: как поведет себя четвертая власть, если все остальные власти от нее отвернутся, то есть не только вторая и третья, но даже та, самая первая, заветная, президентская. Что будет в "миг расставания, в час платежа, в день увядания недели", когда подломится тот самый сук, гарант конституции, на котором мы 7 лет просидели, и не останется ни одной соломинки, за которую можно уцепиться, и гарантами конституции станут СМИ - последней линией Мажино, последним клочком твердой земли среди ледохода, Фермопилами либерализма, "западничества" и антикоммунизма среди наступающих орд? Теперь мы знаем ответ. Попробовали - убедились. Реакция СМИ напоминает даже не организованную ретираду, а паническое бегство - без раненых и знамен. Очная ставка с советской действительностью и своей собственной советской сущностью, все еще выглядывающей из нас, как злодей из окна респектабельного буржуазного дома, оказалась непомерным испытанием для хлипких, мыслящих, тростниковых журналистских душ. Они повели себя, как герой Ильфа и Петрова: "Сознался наш Скумбриевич. Очной ставки не выдержал". Выдал, гадюка!

Потому что поверх абсолютно несущественной информации о ходе всероссийского потопа: кого еще назначили вице-премьером, коммуниста или агрария, и с чем он будет бороться, с промышленностью или сельским хозяйством, будет ли он строить Госплан или Вавилонскую башню; кого станут раньше разводить аграрии: яйцо или курицу, - льется ультразвуковой поток отчаянных сигналов. Сигналы понятны всем, от Москвы до Вашингтона: нет гражданского общества, гражданской позиции, стойкости, человеческого достоинства, сил протеста - не левого, но правого. Словом, вместо "осветленного простора поднебесий" вдруг у прессы главным занятием стали "томления рабьих трудов".

За на редкость единодушной позицией СМИ (с малыми вкраплениями диссидентства) стоит на редкость единодушный страх. Как все предвидел Дмитрий Быков, через 160 лет после Пушкина зафиксировавший новый уровень отношений книгопродавцев, поэтов, журналистов, цензоров и читателей! "Я сам себя переломаю. И, слыша хруст своих хрящей, внушу себе, что понимаю, что принимаю ход вещей". Никто не бежит издавать эквивалент "Общей газеты" 1991 года в складчину. Никто из профессионалов не бьет в колокола и не трубит сигнал тревоги.

С экранов несется сплошное: "Харе Кришна, харе Кришна, Кришна, Кришна, харе, харе". Да простят меня достойные кришнаиты, но при всем моем уважении к этим и прочим интересным вещам мне всегда казалось, что если повторить хвалу раз десять подряд, то можно просто помешаться. А наши каналы повторяют эту операцию по отношению к премьер-министру Примакову уже много дней. И письменно, и устно, и с разбега, и на месте. И двумя ногами вместе.

Мне всегда казалось, что так хорошо говорят только о покойниках, а не о живых премьер-министрах. Будь я на месте Евгения Максимовича, я бы сильно испугалась такого количества славословий. А титул "шестидесятника" я бы и вовсе сочла по нынешним временам опасным и провокационным. Надо же знать меру в клевете! Ни в чем "таком" премьер-министр не замечен. Одна газета, желая создать панегирик, даже накропала типичный пасквиль. Обыгрывая научные степени Евгения Максимовича, она перешла на медицинскую проблематику, и у нее получилось классическое: "Всех излечит, исцелит добрый доктор Айболит!" Но в каждой шутке (и в каждом панегирике) есть доля правды. Если считать "западничество" и либерализм болезнью (а Дума так и думает), то, конечно, наш премьер-министр может нас излечить - с помощью медбратьев из КПРФ.

Если верить электронным СМИ, весь Запад дружно считает, что в МИДе г-н Примаков защищал "национальные интересы". По крайней мере, от открытости и гнилого либерализма, занесенных бациллоносителем А.Козыревым (купно с Ф.Шеловым-Коведяевым), он нашу внешнюю политику вылечил. Теперь будет лечить внутреннюю, чтоб не было диссонанса. Ведь коммунисты как раз правительство "национальных интересов" и заказывали.

Мы уже на пути к выздоровлению. По крайней мере, когда нам показывают пальцы и спрашивают: "Сколько?" - мы переспрашиваем в ответ: "А сколько надо?" или рапортуем: "Столько, сколько вы хотите". Как Уинстон Смит из "1984". Правда, он стал столь конструктивен после пыток, а мы - до. Мы прикидывались хрониками: либеральная хворь мимолетна, форточка открыта в вечную российскую зиму, и мы выздоравливаем от свежего воздуха. Мы все ловим на лету, мы ученые. Не нужно никаких танков у Останкино, не надо закрывать газеты и показывать балеты по телевидению. И цензоров кормить тоже не надо. Мы все сделаем сами: сами себя повяжем, сами себя сдадим. Большинство изданий - в откровенной форме жесткого порно, меньшинство, сохраняя приличия, - стыдливо, на уровне легкого неглиже. Скажем, не напечатают острый материал по причине чисто "профессиональной". Скажут, что он слабый. У многих журналистов, как у Андрея Синявского с советской властью, начнутся "стилистические разногласия" с редакциями.

Г-н Примаков просил СМИ не нагнетать истерию насчет красного реванша (транш МВФ под такие дела не выдаст из кассы). СМИ дружно не нагнетают, не занимаются очернением постлиберальной действительности. И когда Виктор Геращенко спрашивает у журналистов, за страну они или за народ, на это так же легко ответить, как на древний вопрос: "Ты за большевиков или за коммунистов?" Да и за то и за другое! Мы еще не забыли, что бывает с теми, кто "против".

Сейчас в ходу такие направления общественной и журналистской мысли:
1. Конец либерализма - это не конец света.
2. Надо документально доказать, что возвращение к власти коммунистов - это возврат к концлагерям.
3. Гайдар и либералы никого не представляют, они маргиналы, анпиловцев и то больше.
4. Нас пугают коммунистическим реваншем лжепророки, а нам не страшно.
5. А.Собчак - коррупционер, а иначе он не бегал бы от родной тюрьмы.
6. А.Собчака не надо защищать, потому что у него малосимпатичная жена (вот почему жен "врагов народа" сажали в лагеря! Наверное, они были такие же вредные, как Л.Нарусова). И если представитель ФСБ звонит Василию Григорьеву, продюсеру "Кукол", насчет пьес К.Борового, он не говорит, что они идеологически невыдержанные. Он говорит, что они просто неостроумные! То есть "органы" учреждают худсовет.

Но если бы проводился конкурс по сервильности СМИ, своего "Антибукера", "золото" я бы отдала передаче "Постскриптум" ТВ-центра - за обличение либералов. А "серебро" я бы присудила одному каналу, который в ответ на "замечание" КПРФ заявил, что он всегда был за конструктивное сотрудничество с ними и не возражает против общественного совета по контролю за собой.

Словом, наши читатели скоро переключатся на тексты Виктора Шендеровича (когда снимут "Итого") и на партийную газету "Демвыбор России", потому что только они дерзнут плыть против течения. Будущее - за самиздатом. А если мы выкарабкаемся каким-то чудом, читатели к вновь осмелевшим СМИ уже не обратятся. Прессе не захотят верить так же, как партии, президенту и правительству.