Новое время No 32 1997 г.

Валерия Новодворская

Таскать нам не перетаскать

Не успели демократы России и окрестностей обмыть восторжествовавшую в ходе моего "реабилитанса" справедливость, не успел Генпрокурор г-н Скуратов всласть наизвиняться за "бюрократическую рутину" в своем ведомстве в ходе беседы с журналистом Андреем Карауловым, как тезис сменился антитезисом, а демократия вступила в свою обычную фазу технических помех, делающих изображение трудноразличимым и малопривлекательным.

А как все было красиво! Сначала прокуратура Северо-Восточного округа закрыла мое дело и прислала письмо, где не нашла во мне ни состава, ни преступления. Потом то же самое дело закрыла уже Генеральная прокуратура и опять-таки прислала аналогичное письмо. То есть если сначала все открывали, то теперь все закрывают.

На свой невинный "детский" вопрос, почему такое просвещенное и наукоемкое ведомство, как Генпрокуратура, целых два года устанавливало наличие отсутствия и состава, и преступления в неприязни к коммунистам и Иоанну Грозному, Андрей Караулов услышал потрясший его ответ столпа Российского Закона, что есть дела, которые ведутся десятилетиями, прежде чем их закрывают. Управившись с политическим процессом по делу о недостаточном выражении патриотических чувств всего за каких-то жалких два года, Генпрокуратура вышла на стахановские показатели и стала ударником производства. На вопрос же о том, почему прокуроры, как генеральные, так и простые, в таких случаях не извиняются, г-н Скуратов с горячностью ответствовал, что не извиняются только невоспитанные и некультурные люди. Поэтому финальную стадию моих отношений с Генпрокурором можно описать в ритме советского фольклора: "Ему сказала я: "Всего хорошего", - а он прощения не попросил".

При этом заржавевшее посредническое звено в виде Прокуратуры г.Москвы успело отменить решение о закрытии дела, принятое прокураторами Северо-Восточного округа, а заодно и потребовало пятой экспертизы, благо деньги казенные, почему-то укрывшиеся от секвестра "во тьме душистой ночи" (а вдруг в пятый раз выяснится, что дважды два - не четыре, а пять?). Как говаривал знаменитый персонаж Станислава Лема Ион Тихий, если столько столетий подряд человек копает картошку, то по теории вероятности не исключено, что когда-нибудь картошка начнет копать человека.

Именно эта гипотетическая ситуация приходит на ум, когда имеешь дело с российской юстицией, как в бане, так и в пожарном депо. Но если вы думаете, что на этом можно закрыть скрижали и убрать несостоявшуюся статью "Русофобия" подальше в мусоропровод, то очень ошибаетесь. В начале этого года в Москве появилась пара справочников: "Политический экстремизм в России" и "Национал-патриотические организации в России". Один из составителей справочника - В.Прибыловский, автор очень взыскательный, которому, помоему, в одинаковой степени несимпатичны как радикальные демократы типа Егора Гайдара и Константина Борового, так и национал-коммунисты. Власть ему тоже несимпатична. Все, что нужно для составления информационно-аналитических изданий. Свою неприязнь к антикоммунистам В.Прибыловский простер до того, что включил в сборник о политическом экстремизме главу о "Демократическом Союзе", а мою биографию поместил после биографии Владимира Вольфовича. Причем претензии ко мне и к ДС были примерно те же, что и у Генпрокуратуры: нелюбовь к коммунистам, отсутствие компромиссов, резкие слова о тоталитаризме... Евгений Прошечкин сборник не читал, но приветствовал и по линии Антифашистского центра помогал. Однако пока демократы менее радикальные писали доносы на демократов более радикальных и вставляли их в справочники, щука в море не дремала, в отличие от карасей.

Депутат Госдумы Евгений Логинов купно со знаменитым тем, что его даже Г.Зюганов к себе не подпускает, лидером Русской партии В.Милосердовым потребовал от Ю.Скуратова (в форме депутатского запроса) "принять меры" не только по отношению к составителям и "вдохновителям" сборников, но даже и к депутату К.Боровому (за распространение). Спрашивается, чего хотят национал-патриоты от бедной справочной литературы? Оказывается, там перечислены только "русские" организации, и нет ни одной еврейской! И приводят примеры: есть баркашовцы, но нет Хельсинкской группы, "Сохнута" и "Бейтара"! Интересно, обвиняли ли Брокгауза и Эфрона в том, что они не включили в статью "Овощи" малину и клубнику? Или не назвали Байрона русским поэтом? Авторов запроса-доноса не волновало, что Хельсинкская группа - правозащитная, а не национальная организация, и что ее экстремистской считали только Крючков и Андропов; что "Сохнут" вообще не имеет никаких политических целей, а нечто вроде транспортного агентства, помогающего желающим вернуться в Израиль, на историческую родину, или воссоединиться там с родными. А таинственный "Бейтар" никто в России никогда не видел. Говорят, что это юношеская спортивная организация, и искать ее надо не в Москве, а в Тель-Авиве. Но поскольку авторами запроса виртуальная реальность их горячечного бреда владела настолько, что они Евгения Прошечкина назвали "Евгением Израилевичем", поменяв ему отца, и обвинили его в пребывании на "еврейском курорте" Эйлат (депутат Госдумы Прошечкин был там в составе делегации от Мэрии и Городского собрания), то таких мелочей они, конечно, не заметили.

Понятно, что должна была сделать Генпрокуратура. Или сразу вызывать врача (за счет авторов запроса), или ласково объяснить, что так бывает: французские экстремисты работают во Франции, а не в Англии; израильские - в Израиле, а не в России; российские, наоборот, - в России, а не в Пакистане. Трудно представить себе крохотное национальное меньшинство, которое пыталось бы извести титульную нацию - публично и вслух. Всегда, вообще-то, бывает наоборот. Не цыгане в гитлеровской Германии сжигали немцев в печах. Сами знаете.

Но произошло очевидное, хотя и невероятное. Партия ("Русская", ЛДПР, КПРФ, РНЕ) сказала: "Надо!" Генпрокуратура ответила: "Есть!" И на запрос пришел ответ: мол, дело по ст. 282, ч. 1 ("Разжигание межнациональной розни") уже возбуждено Пресненской прокуратурой. Одновременно Генпрокуратура не замечает последний номер газеты "Штурмовик", где напечатана подборка стихов в духе Геббельса и Гиммлера. Вот две цитаты: "Ваня в сарае нашел пулемет. Больше в местечке никто не живет. Жаль, что остался в живых Соломон: вновь на него не хватило патрон". "Маленький Хаим на дерево влез. Дед Афанасий достал свой обрез. С дерева молча жиденок упал. "Двадцать шестой!" - Афанасий сказал".

И не надо разводить руками и вопрошать небеса, почему в веймарской России юстиция работает по законам гитлеровской Германии. Они здесь в авангарде. Дайте срок, остальные подтянутся. Или у вас был Нюрнбергский процесс, или, простите, есть Нюрнбергские законы.

Здесь можно только еще раз воскликнуть вместе с Катоном Старшим: "Delenda Carthago!"("Карфаген должен быть разрушен!"). Но восклицать такое страшно: будущие жертвы нацизма до того, как их отправят в Бухенвальд (или Степлаг), успеют вставить вашу биографию в справочник по политическому экстремизму.

Поэтому таскать нам не перетаскать.