Комок, Красноярск (1997 г.)

Валерия Новодворская

По приютам я с детства скитался...

Прежде чем заботиться о соотечественниках, надо выяснить, кто они такие. Прежде чем определяться с соотечественниками, неплохо бы разобраться с понятием "отечество". Оно у нас слишком недавнее, семи лет от роду, и поэтому на его счет не могли не возникнуть опаснейшие аберрации, "мизандестендинги" и даже кривотолки и сплетни.

Еще восемь лет назад большинство населения одной шестой части суши могло бы смело исполнять по вагонам популярную сиротскую арию, причем не только в национальном плане, но и в экономическом и политическом: "По приютам я с детства скитался, не имея родного угла... Ах, зачем я на свет появился, ах, зачем меня мать родила?" Что и показали результаты мартовского референдума: 17 марта, или, вернее, мартобря, голодный и бесправный совок, не знавший своего рода и племени, большинством своей безгласности согласился с предложением Михаила Сергеевича жить в обновленном Советском Союзе. Те, кто ответили "да", явно ни к какому народу не принадлежали и себя ни с чем таким национальным, народным, дедовским, пращуровским не идентифицировали. Разве что с "днем 7 ноября - красным днем календаря", Советской Армией, Военно-морским флотом и мавзолеем. А эта идентичность слишком смахивает на самоопределение типа "Я вице-король Индии. Где мои кунаки, абреки, магараджи и слоны?"

И вот, когда юные краснозвездные забавы рассеялись среди заснеженных ветвей Беловежской Пущи (как сон, как утренний туман), оказалось, что бездомных на постсоветском пространстве гораздо больше, чем бомжей. Оказывается, прописка, квартира, работа, "ценз оседлости" в 30-40 лет не означали Отечества. Оказалось, что у того большинства, которое сказало "да" на референдуме, "адрес - не дом и не улица, мой адрес - Советский Союз".

Блаженный Августин как-то раз сказал, что непонимание - не извинение, что непонимающие пойдут в ад.

Это тут же оправдалось в странах СНГ и Балтии. Большинство туда и пошло: в ад непонимания. Выиграло меньшинство, ответившее "нет" или проигнорировавшее референдум. Меньшинство выиграло Отечество: бедное, кособокое, без мебели, зачастую без топлива и пищи, но навеки свое. Не нужен им берег турецкий, и Африка им не нужна. Советский берег тоже не нужен, и не нужны российские нефть и газ. Нет, конечно, пока дают, они пользуются, даже могут лишнее отлить в бидончик. У них ведь взяли жизнь и судьбу: у кого - в 1940-м, у кого - в 1939-м, у кого - в 20-е годы...

Так что за это вообще нельзя расплатиться, и не надо угрожать им тем, что пустим в обход наш газ или перестанем есть их шпроты или сахар. Не подействует. То меньшинство, которое мертвой хваткой держится за свой бедный домик, с таким трудом обретенный, отбитый "у веков, у пространств, у природы", отдаст его только вместе с жизнью. А оно, это меньшинство, в конечном итоге и определяет выбор правительств и парламентов. Или надо устанавливать диктатуру, как у пана Лукашенко. Но тогда меньшинство пойдет сжигать российские флаги. Тоже не жизнь.

Экономическая блокада действует от противного. Кажется, на примере ленинградской можно бы уже понять.

Я была в Литве конца восьмидесятых, Литве без горячей воды и отопления, почти без бензина. Литва согревалась своей ненавистью к Москве, и блокада стала первым туром референдума о выходе... Латвийское масло, сменив этикетки, благополучно доберется до нас из Турции, шпроты будут продаваться по цене контрабанды, которую как-то нигде еще в мире не устранили, а соотечественники тех, кто это все придумал, худо-бедно живущие в странах Балтии, получат еще ряд этикеток "оккупационный киоск" на свои торговые ряды и новые красные звезды на двери своих квартир. После чего жить они станут еще более худо и еще более бедно, потому что ни мэр Лужков, ни губернатор Аяцков, ни президент Ельцин не приглашают их к себе, а только вконец портят их отношения с теми, кто жил в этом бедном доме веками, берег, любил, защищал и терял его...

У меня создается ощущение, что судьбой соотечественников в СНГ и Балтии озабочены исключительно те, кто ответил когда-то "да" на референдуме 17 марта. Ведь никому не приходилось слышать, чтобы украинцы, литовцы, латыши, эстонцы и молдаване вслух вопияли о том, что они будут защищать права своих соотечественников в России и для этого благого начинания готовы применить к Москве экономические санкции. Хотя грузинам, азербайджанцам и узбекам, по-моему, стоит отказаться от "Мишек на Севере" и московских калачей в знак протеста против режима московского апартеида. Значит, проблемой соотечественников озабочены не русские, а "русскоязычные" "правозащитники". То есть советские люди, обвиняющие демократов и "националистов" в том, что "они развалили великую страну". Кого же они должны считать своими соотечественниками? Да все народы СССР подряд. Тех же латышей, эстонцев, украинцев, молдаван. Не одних только "русскоязычных". Но пролетарский интернационализм как-то очень быстро с них соскочил.

Так кто же соотечественники президента, мэра Лужкова и губернатора Аяцкова? Славяне? Блондины? Русские? Русскоязычные? А может быть, апатриды, которые не считают своим домом ни Латвию, ни Молдову, ни Украину, ни Россию?

Когда-то французы возвращались из Индокитая и Алжира. Англичане возвращались из Индии. Тоже, небось, было обидно и накладно. Едва ли Де Голль заплатил заплатил колонам полную стоимость вилл в Африке. Но они знали, что они французы, и вернулись. Кем же считают себя соотечественники (чьи, кстати?) в странах Балтии и СНГ? Если русскими и гражданами России, то почему они не едут домой? Почему живут в эмиграции? Да, в России никто не ждет, никто не даст подъемных. Но Россия сама бедна и несчастна. Тот, кто едет спасать Отечество, о выгоде не думает. Если же они считают себя гражданами Латвии, Молдовы, Украины и Эстонии, то откуда у них проблемы с языком и родством (не сегодняшним, а двадцатилетним) с теми, кто шел за этот язык, за эту независимость, за эту страну на плаху? Почему они жили 20, 30, 40 лет в этих странах как чужие, как колонисты среди неинтересных им туземцев? По какому праву?

И рождается нехорошее подозрение, что "соотечественники" - и в России, и за ее пределами - дружно ответили на референдуме "да" и являются гражданами затонувшей Атлантиды - СССР. Никакая контора на свете уже не может выдать туда документы...

И мало того что "соотечественники" - понятие мифическое. Этот миф появляется на сцене всегда вовремя, а когда не нужен - скучает за кулисами. Что бы защитить права соотечественников в Узбекистане, Туркменистане, Грузии и Азербайджане, то есть государствах, где с правами человека такие нелады, что "Эмнести интернейшнл", "Human right watch" и другие почтенные международные организации давно выдали им черную метку? Правда, там все равны. Русский Виктор Домуховский и грузин Петр Гелбахиани вместе сидят в одном грузинском концлагере за "звиадизм". Ни туркменоязычные, ни русскоязычные не смеют ничего пикнуть ни на каком языке против культа личности Туркменбаши. Мест в подвалах местной охранки хватает на всех.

Это Москву не волнует. Волнует ее Латвия. И я, кажется, знаю, почему. Пусть, положим, г-н Улманис послушает ОБСЕ и мэра Лужкова. Завтра 700000 левых, не считающих своей родиной Латвию и желающих жить в советской Латвии, проголосуют за А.Рубикса. Будет наша ситуация кануна сентября 1993 года. То есть гражданская война. А там, как в 1940 году, какая-нибудь фракция парламента обратится к РФ за помощью. Что дальше? Аншлюс? Ввод ограниченного воинского контингента? Ковровые (или точечные, что одно и то же) бомбардировки Риги? Здешние "соотечественники" уверены, что нам это позволят? С НАТО будем воевать? И кто окажется в экономической блокаде?

Получается, что когда вспоминают о "соотечественниках", хотят сделать кому-то пакость. И делают. "Соотечественникам" - в первую голову. Они-то в Грозном как раз и погибли под бомбами задолго до чеченских "боевиков".

Результаты защиты соотечественников налицо: в России крепчает нацизм, у телевидения прорезаются сталинские нотки, трудящиеся на митингах клянутся в ненависти к врагам...

Вы не помните, какой исторический деятель начал с защиты судетских немцев? А главное, не припоминаете ли вы, чем они все кончили: он, Германия, судетские и несудетские немцы?

И потом, в Латвии что-то очень часто стали загораться рейхстаги. Один за другим. Просто мор на них напал. То перед синагогой рванет, то перед российским посольством. Очень грубая работа. Это что, инсинуация на тему "Латвийский Легион за работой"? Эти дряхлые старики? Или это правящая партия "Отечество и свобода" решила помешать Латвии вступить в ЕС?

Юристы учат: ищи, кому это выгодно (cui prodest?). А выгодно это, ка к ни крути, только одной стороне: той на которой мэр Лужков, призывающий к "дрангу" nach Westen, или попросту к аншлюсу со всеми странами и континентами, приютившими наших "соотечественников". Почти что клич: "Пролетарии усих краин, гэпайтесь до кучи!"

Кстати, Латвийский Легион чист перед народом (не только латышским). Они ничего такого эсэсовского не делали, а Гитлера ненавидели от всей души. Они взяли у немцев одно только оружие, а сражались исключительно против Советской Армии, которая шла добить их крошечную страну. Здесь можно только прибегнуть к помощи Михаила Светлова: "Я не дам свою Родину вывезти за предел иностранных морей. Я стреляю - и нет справедливости справедливее пули моей..." Их шествия - отнюдь не наши позорные шествия баркашовцев и национал-большевиков. Так что не надо нервничать. Капли датского короля пейте, кавалеры! И обязательно закусывайте, желательно шпротами...